— Это не значит, что я тоже найду, — продолжила за него она. — Знаю. Но могу найти.

Она выдохлась еще до того, как ей исполнилось восемнадцать, подумала Силла, плюхнувшись на кровать в номере мотеля. Она утратила интерес ко всему и довольствовалась редкими ролями второго плана на телевидении и озвучиванием рекламы. Но все же длинные телевизионные сериалы и несколько второсортных незапоминающихся фильмов позволили скопить кое-какую сумму. Ей хватило ума сберечь эти деньги, и у нее появилась возможность попробовать разнообразные занятия в надежде найти то, что ей придется по душе.

Мать говорила, что она попусту растрачивает свой талант, а психолог назвал ее поведение «избеганием жизни».

Но Силле было наплевать, что о ней говорят.

Как это ни называй, в конце концов она оказалась здесь, в этом обшарпанном мотеле в Виргинии с перспективой на несколько месяцев погрузиться в тяжелую, грязную и требующую больших затрат работу. Ей не терпелось приступить к делу.

Она включила телевизор, рассчитывая, что он послужит фоном, пока она устроится на жесткой пружинистой кровати и еще раз просмотрит свои заметки. Она слышала, как из автомата, располагавшегося в коридоре в нескольких шагах, выпали несколько жестяных банок и как из-за стены, из соседнего номера, доносились приглушенные звуки телевизора.

Пока на экране тянулись местные новости, она составила список первоочередных дел на завтра. Сначала окончательно привести в рабочее состояние ванную. Она могла переночевать и в палатке, но для того, чтобы переехать из отеля, требовались минимальные удобства. Физический труд предполагал работающий душ. Поэтому сантехника — прежде всего. Затем…

Примерно на середине списка у нее начали слипаться глаза. Напомнив себе, что она собиралась рано выехать из мотеля, чтобы к восьми часам быть на месте, Силла выключила телевизор, а потом свет.

Погружаясь в сон, она слышала, как призраки из соседней комнаты проникают сквозь стену. Голос Дженет Харди и песня, разбившая сотни сердец.

— Как хорошо, — пробормотала Силла, засыпая под звуки знакомой мелодии.

Она сидела на уютной террасе, откуда открывался красивый вид на живописный пруд и зеленые холмы, тянувшиеся вплоть до синих гор. Розы и лилии наполняли воздух ароматом, от которого пьяно жужжали пчелы, а яркая, как изумруд, колибри порхала в поисках нектара. Солнце ярко светило на безоблачном небе, и все вокруг купалось в волшебном золотом сиянии. Птицы заливались звонкими трелями, как в мультфильмах Диснея.

— Такое впечатление, что в любую минуту может появиться олененок Бэмби, резвящийся вместе с Топотуном, — заметила Силла.

— Именно так я себе это и представляла. В хорошие времена.