Во всяком случае, ёлка в углу присутствовала, как и большой праздничный стол, уставленный различными яствами и бутылками с разнообразными напитками.

– Витька больше не звонил? – громко спросил я-Силаев.

– Звонил пять минут назад, пап, – выглянула из кухни старшая дочь Надя. – Сказал, что уже подъезжает. Должен успеть.

– Должен он, – буркнул я-Силаев. – Он не должен, а обязан уже давно быть здесь. Он офицер или где?

– Не бурчи, старый. – Из кухни с запечённой курицей на тарелке вышла моя жена. – Знаешь же, что он за своей девушкой заезжал. Хочет привезти, познакомить. Ну а девочка, понятное дело, задержалась. Ей тоже хочется произвести на нас хорошее впечатление. Так что не нервничай. Я уверена, что они успеют вовремя.

В этот момент в прихожей раздалась трель дверного звонка. Жена посмотрела на меня: мол, что я тебе говорила.

– Пап, мам, сестрёнки! Вот, знакомьтесь, моя невеста Полина.

Из-за спины сына, чуть смущаясь, вышла симпатичная девушка.

– Добрый вечер. – А голос у неё тоже красивый, певучий, словно журчание ручейка. – С наступающим Новым годом! Я очень рада познакомиться с вами.

Я-Силаев обвёл взглядом всех домочадцев, включая мужей дочерей. У всех в глазах читалось одобрение выбором моего сына.

– Ой, давайте все быстренько за стол и включайте телевизор, – всполошилась моя супруга. – Сейчас поздравление будет.

Все с шутками-прибаутками расселись за столом, усадив Виктора и Полину вместе с торца стола, прямо как на свадьбе. Шампанское было открыто и бокалы наполнены.

Из большого плазменного телевизора, висящего на стене, раздался голос диктора.

«Внимание! Внимание! Говорит и показывает Москва! Передаём новогоднее поздравление с новым, две тысячи двадцать третьим, годом Генерального секретаря ЦК КПСС, Председателя Президиума Верховного совета СССР товарища…»

Я вздрогнул от раздавшегося чуть ли не над головой заводского гудка и проснулся. На моём плече, всё так же счастливо улыбаясь во сне, спала Светлана, а моё сердце бешено стучало. Теперь я знал наверняка, что всё было не напрасно.