Но четырехлетнее общение с похабными троллями, циничными гномами и красавцами эльфами сделали свое дело: я узнала (спасибо, что в теории!) о любовных утехах все что можно и нельзя. Но никогда и ни к кому я ещё не испытывала таких чувств, как к кареглазому охотнику. От одного только взгляда на его безупречное лицо меня кидало в жар, мысли путались, ноги подкашивались. С другой стороны, точно так же я тряслась и потела, когда мне под юбку пытался залезть городской дрыщ. Но одно отличие все же имелoсь – охотника огреть скалкой по голове у меня желания не было.

   – А сейчас ты прям как огурец стала, подгнивший, с пятнами. Пупырышков только не хватает, - почему-то oбрадовалась Файка. – Опять Сова экскременты…эксперименты над тобой проводил, да?

   Я переварила услышанное, взвизгнула, подскочила и, скинув с медного отполированного блюда лесные орехи, уставилась на свое отражение.

   От моего вопля вздрогнули гномы, на кухне с грохотом свалилось что-то тяжелое и, судя по глухому звону, чугунное. Грай высунулся в двери, осмотрел зал, угрожающе помахивая ножом для мяса, заметил меня итак широко улыбнулся, что клыки зацепились за нижнюю губу:

   – Бенька, ты точно ведьма? Сейчас больше на лягуху смахиваешь.

   По зале пролетели скрываемые кашлем смешки. Я даже не оглянулась на гостей, откинула поднос в сторону и понеслась вверх по лестнице.

   Что там говорил мой шибко умный друг: «побочный эффект»? Сейчас посмотрим, как чары ведьм действуют на фамильяров! Я уже знаю, куда потрачу свою единственную попытку, и чей пернатый зад сейчас заполыхает ведовским огнем!

   – Иди-ка сюда, птич-ка! – Я пинком открыла дверь, влетела в комнату. И застыла. Язык будто прирос к нёбу, а испуг и вовсе парализовал. Замерев с перекошенным от ярости лицом, я уставилась на кожаную броню, обтягивающую широкую мужскую спину.

   Охотник медленно обернулся. При виде меня его бровь взлетела к волосам, чувственные губы растянулись в улыбке.

   – Ведьма, - проворковал он итак галантно наклонил голову, будто мы стояли в тронном зале, а не в каморке приграничной таверны.

   Сова вскочил на жердочку над столом, похлопал белoснежными крыльями и, изумительно имитируя удивлеңие, поинтересовался:

   – Что-то случилось? Я тебе нужен?

   – Не…эм…ох, - только и смогла выдавить я.

   Щеки предательски заполыхали. Как это выглядело на зеленой коже, я старалась не думать. Охотник с любопытством всмoтрелся в мое лицо. В карих глазах заплясали смешинки, улыбка стала шире.

   – Бенитоита? – Фамильяр запустил когти в деревяшку и нахохлился. - Я понимаю, что ты не любишь, когда я принимаю заказы на зелья сам, но здесь особый случай – господин охотник заказал Ведовскую Пыль.