Царевич слишком увлёкся естественными предметами и языками. Но обещал наверстать упущенное. А вот Наталья Алексеевна зело продвинулась в изучении истории и правописания. Любо дорого смотреть на её последнее сочинение.

После слов наставника Петруша обильно покраснел.

Да, братец не любит проигрывать, тем более девчонке. Сейчас Пётр — обычный ребёнок, пусть и второй в списке наследников русского престола. Вокруг нет льстецов и интриганов, я об этом позаботился. Поэтому он не может махнуть рукой на наставников. И любому человеку неприятно слушать о чужих успехах на фоне собственных неудач. Но Петя — действительно хороший мальчик. Я всё больше поражаюсь, как его смогли так быстро испортить в моём времени? Нет у ребёнка никаких нездоровых склонностей, разве что излишнее любопытство, горячность и непоседливость. Эти недостатки вполне исправимы при помощи нормального воспитания и грамотных педагогов. Зачем было пускать взросление и обучение будущего царя на самотёк? Пока у меня вопросов больше, чем ответов.

— Что будем делать? Вроде надобно тебя похвалить, но и ругать есть за что, — строго смотрю на расстроенного мальчика.

— Я исправлюсь! Честно! — глядя мне в глаза, ответил братец. — Ты прав, когда говоришь, что человек должен развиваться всесторонне, а не замыкаться на чём-то одном. Тем более если ты Романов.

Смотрю, мои наставления начали доходить до Петра. Ранее он воспринимал своё положение как привилегию, данную чуть ли не богом. Я же внушаю, что принадлежность к правящему семейству — это ответственность. И мы должны быть образцом воспитания, образования и рассудительности. От решения царя зависят тысячи жизней, и он не имеет права ошибиться. Ваня, Софья и Марфа, как наиболее пассионарные представители династии, всё прекрасно понимают. Ведь они начали поддерживать меня в некоторых проектах и уже столкнулись с различными сложностями. А Петруша просто слишком молод, ещё с его образованием изначально намудрили. Патриарх через Зотова нанёс личности царевича сильный урон. Надо ещё разобраться, был ли в этом злой умысел. Благо живость ума и стремление к знаниям быстро вернули ребёнка на правильный путь.

— Тогда переодевайся и возвращайся быстрее. Слуги пока оседлают твою кобылку. И не забывай, что настоящий воин сам надевает штаны с сапогами, — отвечаю, улыбнувшись, и тут же рявкаю, указывая рукой на крыльцо: — Бегом, марш!

Мальчик полетел к входу в терем со скоростью ветра. Следом устремились учителя.

Я же, опираясь на трость, подхожу к Сумарокову, скромно стоящему возле одной из телег. Меня сопровождает Салтыков, оказавшийся толковым управляющим и организатором. Рядом маячит Нестеров-второй, как я называю Алексея, дабы не путать его с учителем.