Сейчас только что в ноги тебе не упала, а меня не приплетай... — выдала я, подрагивая от ощущения ужасного.

— Это ты родителей не приплетай, Варвара, — покачал сурово головой Олег и поджал губы. — У меня нет никаких оснований при живой жене ребенка матери спроваживать:

— Если только это не ребенок любовницы... — заметила тонко, чтобы Олег понял весь абсурд ситуации. — Ты как себе это представляешь? Вот в порядке бреда, Олег. Я на седьмом месяце, она примерно...

Я замолчала, подсчитывая сроки и как-то резко поняла, что муж мне изменял, когда я лежала на сохранении в первом триместре.

— Ты с ней спал пока я в больнице лежала? Пока я старалась сберечь нашу девочку, ты, что развлекался с любовницей? — спросила я обескураженно и руки сами упали вдоль тела. — Ты сюда ее приводил? На мою постель, в мой дом?

Олег вскинул брови, выражая крайнюю степень недовольства.

— Тебе еще про позы может быть рассказать? — спросил он зло, и у меня сердце остановилось. Если я сейчас не сдамся и скажу рассказать, муж ведь расскажет.

— То есть да... в моем доме, на моей постели... — я и кусала припухшие губы.

Лютая обида затапливала сознание. Хотелось плакать, крича в голос. Хотелось топать ногами и говорить всем вокруг, что ничего этого не было. Но оно было.

Матери стали свидетельницами этого позора. И наверно его радостно носилась возле свекра, а моя зло высказывала отцу про негодяя зятя.

— Договаривать будешь? — спросил сурово Олег.

— Что договаривать? — мне было больно даже просто слышать его голос, который несколькими минутами ранее обсуждал беременность с любовницей.

— Что ты хотела мне сказать в порядке бреда... — протянул Олег и встал напротив меня.

— В порядке бреда... — тихо начала я. — Ты как себе это представляешь? Всем родственникам будем рассказывать, что ты гульнуть сходил, друзьям? Или может заставишь меня говорить, что двойней королевской была беременна? Так не прокатит по разнице в возрасте.

— Тебя не должно это волновать, — обрубил Олег и сдавил мой подбородок пальцами. — Надо будет и двойней будешь ходить беременная и в случае чего пузо накладное после родов поносишь, типа успели залететь, поняла?

— Я хочу развод... — дернулась в сторону, и Олег, усмехнувшись, сказал.

— Да пожалуйста. Не хочешь ты растить ее ребенка, она прекрасно примет Лину и нашу младшую, когда родишь. Не ты, так она воспитает детей.

4.

— Что? — сипло выдохнула я и отшатнулась. Живот снова потянуло, а перед глазами заплясали разноцветные мушки. — Ты что за глупости такие говоришь?

Маме никогда не нравился Олег.

Наверно она была права.

Я замотала головой. Мысли все смешались внутри. Склеились кадры из прошлого и настоящего, а картинка будущего рассыпалась прахом.

Так не могло быть.