Подменять Анну Павловну Оля не любила, поскольку златозубая коллега вела старшие классы, которые можно было держать в узде только явно выраженным физическим превосходством и львиным рыком. Этот необходимый педагогический минимум Анны Павловны у Олечки отсутствовал. По-хорошему новое поколение акселератов категорически не понимало, поэтому ее главной задачей являлось не дать им разбежаться или проломить пол на радостях, что урока нет. Олечка со своим комариным писком и робким шкрябанием мелом по доске в счет не шла. Грудастые девахи и здоровенные мужики, с ломающимися голосами и щетиной, выдающей попытки отрастить бороду или усы, в лучшем случае не обращали на нее внимания, в худшем – обращали.

Тогда девицы вполголоса обсуждали ее фигуру и манеру одеваться, а юноши фантазировали на тему личной жизни. Это было ужасно. Хотелось убежать и спрятаться, но надо было терпеть эту пытку до конца. Звонку она радовалась почти так же бурно, как и временно выделенные ей подопечные.

Пятница выдалась особо отвратительной. Утром в метро Ольге оторвали ремешок на сумочке, в давке она потеряла пояс от плаща, а симпатичный парень, с радостной улыбкой уставившийся на нее и вскочивший со словами: «Девушка, садитесь, пожалуйста!» – оказался безнадежно косоглазым, в связи с чем выяснилось, что место он уступил не ей, а стоявшей рядом брюнетке с бордовым румянцем и кроваво-красными губами.

Брюнетка обладала мощным торсом, которым и отпихнула маловесную Олечку, попытавшуюся примоститься на сиденье. Поскольку галантный парень был тощим, то и освобожденное им пространство было маломерным, но брюнетку это не смутило. Ободряюще улыбнувшись своему рыцарю, она со всего размаха шлепнулась на сиденье, вынудив соседей брызнуть в стороны. Странно, но места хватило всем. Правда, возникло какое-то невнятное недовольство, но девица этот тихий визг проигнорировала, закинув ногу на ногу и обнажив здоровенное колено, размером с Олечкину голову.

«Какой убогий вкус у нынешних мужиков», – с расстройством подумала Ольга, старательно давя зависть к внушительным габаритам соперницы.

Первой, кого она встретила у входа в школу, оказалась биологичка Галина, открыто выражавшая неприязнь к новой учительнице немецкого.

Ей с какого-то перепуга показалось, будто Олечка претендует на рыжего физрука, с которым у Галины намечался роман. По неизвестной причине физрук отношения развивать не стал, а изнывающая в старых девах биологичка посчитала виновницей своей отставки Олечку. Пытаться переубедить ее было задачей неблагодарной, ведь физрук действительно старательно строил глазки именно Олечке, причем делал это с таким ажиотажем, что бедная студентка заподозрила у своего нового поклонника нервный тик.