Так смотрят на коровью лепешку, или на шелудивого пса, или на словенского раба. Ромеи смотрели так же.

Голоса их оказались чудными, тонкими, словно у мальчишек лет двенадцати, без привычной мужской хрипотцы. Но, несмотря на это, смешными ромеи не казались ничуть. Напротив, Милице стало страшно. В их глазах она видела полнейшее равнодушие и брезгливость, и это вгоняло ее в оторопь. В голове закрутились мысли. Зачем они тут? Они пришли за ней, это она поняла сразу. Но зачем она им? Она же никто, рабыня, грязь под ногами… Не она им нужна, а Само. Он же князь в этих землях. Милица начала молиться Богине. Пусть она поможет ей. Ведь больше ей помочь некому.

Асикрит Евфимий с любопытством разглядывал старую грязную тетку, которая, судя по запаху, в бане не была никогда. Неужели это та самая Милица, которую разведка Империи искала столько лет? Седая, морщинистая дикарка со свежим шрамом на лбу смотрела на них затравленно, словно загнанный в ловушку зверек. С чего бы это? Ведь они не сделали ей ничего плохого.

— Попробуй сладости, женщина, — сказал на словенском языке асикрит Никифор, протягивая ей пряники. — Они на меду! Я люблю мед, а ты?

Старуха схватила пряник и вцепилась в него крепкими желтоватыми зубами. А ведь она не так уж и стара, удивились евнухи. Впрочем, чернь изнашивается рано, изнуренная непосильной работой.

— Как тебя зовут, женщина? — спросил Ефимий.

— Милица, — ответила та, шамкая набитым сладостью ртом.

— Как звали твоего уважаемого мужа, почтенная Милица, и где он сейчас? — участливо спросил асикрит.

— Погиб он давно, обры его убили, — ответила та, а в ее выцветших глазах мелькнула застарелая боль. — Бериславом его звали. Он обрина копьем убил. Вот он какой был, Берислав мой!

Асикриты переглянулись и продолжили разговор.

— А где твои дети, уважаемая Милица? — все тем же тоном спросил евнух. — Нам сказали, что у тебя было трое сыновей.

— Обры забрали и продали, — ответила та, а ее глаза недобро блеснули. — Я не знаю, где они теперь.

— Как их звали? — спросил Ефимий.

— Горша, Куно и Стрига, — торопливо ответила Милица.

— Ты не умеешь врать, почтенная Милица, — укоризненно спросил ее Никифор. — Да и зачем ты врешь нам? Ведь мы тебе не враги! Твоих детей звали Само, Ратко и Никша. Скажи нам правду и мы отвезем тебя к сыну. Он объявил большую награду тому, кто найдет тебя. Мы хотим ее получить.

— Правда? — вскинулась она, а в глазах блеснула надежда. И слезы… — Вы отвезете меня к моему Само? Когда?

— Скоро, почтенная, скоро, — задумчиво ответил асикрит. — Кто рассказал тебе про сына и почему ты не нашла его до сих пор?

— Да я и не знала раньше, — разрыдалась Милица. — Стана, подруга моя, оказалась тещей его.