Свеев?

– Кто нападает? Свеи? – решил уточнить я.

Значит, Гуннар этих отправил, а сам остался? Какой вывод?

– Тормод! – рявкнул я. – Правь к острову! На веслах! Навались!

Нет уж, Гагара, умереть с честью я тебе сегодня не дам!..

«Ну вот и все, – подумал Гуннар. – Теперь точно все».

Гуннар устал. Стар он для войны. Зато для смерти – в самый раз. Эх, Гуда, Гуда! Ну почему ты такая упрямая?

Стрела чиркнула по краю щита и, отскочив, звонко тюкнула по шлему. На палец выше – и все кончилось бы.

Свеи шли не спеша. Уверенно, но осторожно. Под большими щитами.

Еще они несли лестницы. Много. И лестниц много, и свеев. Что бы они сказали, если бы знали, что в крепости всего семеро: четыре кирьяла, сам Гуннар, его жена и сын?

Гуннару хотелось крикнуть свеям что-нибудь оскорбительное. Обидное. О том, что сотня свеев боится одного вестфолдинга. Жаль, темно и богам, наверное, не видно, какие они трусы.

– Тор, бог мой, услышь меня, защитник богов и людей! Я всегда был твоим, могучий, всегда приносил тебе жертву! Сильнейший, дай мне уйти во славе! Моя жизнь – тебе! Об одном прошу: обрати свой взор на моего сына! Пусть он выживет и вырастет воином!

Гуннар поднял взгляд, надеясь: а вдруг бог грома снизойдет и ответит?

И ответ пришел. Но не с неба, а с воды.

Быстро десантироваться умеют все викинги. А вот правильно выбрать время – это почти искусство.

«Клык Фреки» и «Любимчик ветра» встали у бортов свейских драккаров через минуту после того, как основное свейское воинство двинулось вверх по склону.

Кранцы смягчили удар борта о борт. И еще раньше стрелы моих бойцов забрали жизни палубных свейских команд. Это было легко, потому что те, кого оставили присматривать за драккарами, глядели в сторону крепости.

Мои перемахнули через борта, мимоходом дорезали раненых и побежали по причалу на берег, уже там собираясь в атакующие колонны.

В голове одной – Медвежонок, на острие другой – Парус.

Мое же место – в той шеренге, которая будет перехватывать свеев, когда те побегут к кораблям.

– Бей! – разъяренным мишкой рявкнул мой брат.

И колонны устремились наверх.

Но их обогнали стрелы.

Много стрел. Сотни стрел в спины штурмующих, которые начали умирать раньше, чем поняли: главная опасность внизу, а не наверху.

Они даже перестроиться не успели, когда два клина, два вепря со стальными клыками, врезались в них и вспороли вражеский хирд точно в момент перестроения, то есть именно тогда, когда неприступная стена щитов, рассыпавшись, обращалась в дезорганизованную толпу.

Мы убили не всех. Десятка три из тех, кто бросился к кораблям, увидев, что путь к спасению отрезан, попадали на колени с поднятыми руками.

Легкая победа. Всегда бы так.

– Благодарю тебя, громовержец!

Первое, что сказал Гуннар, после того как мы обнялись.

Громовержец. Звучит неплохо.