— Если бы подозревал, то разговор протекал бы иначе… Но повода для шуток в вашем положении я тоже не вижу. Дело куда серьезнее, чем вам может показаться. Аварию на Комсомольской помните?

— Что за авария? — удивленно спросил здоровяк.

Похоже, что он в самом деле не помнит. Придется освежить его память.

— А та самая, где грузовик сбил сержанта. И приключилась она как раз во время вашей пересменки. Около шести часов вечера. — Сухощавый судорожно сглотнул. Крепыш напрягся. Пробрало! — И вот в связи с этим у меня к вам такой вопрос: почему эта авария не была зафиксирована в журнале происшествий?

Лейтенанты озабоченно переглянулись.

Взгляды у обоих были весьма красноречивы: при чем здесь военная контрразведка?"

"— Товарищ старший лейтенант, но мы даже не знаем, как это произошло, — сказал Лукьянов. — Свидетелей не было, водитель все честно рассказал, а этот сержант переходил дорогу в неположенном месте. Этот эпизод в тот день был для нас всего лишь рядовым событием. Мы между собой хотели решить, кому из нас заниматься этим делом, а потом просто как-то позабыли о нем в текучке.

Тем более что у этого сержанта не было с собой документов. Может, он дезертир, кто знает?.. Помню, что тот день был очень тяжелый: банда Матерого ограбила склад с мануфактурой, на запасном пути какие-то неизвестные пытались разграбить товарняк с углем, — принялся перечислять лейтенант. — Было еще три убийства гражданских лиц. Два трупа обнаружили в лесопосадке, а третье — в овраге. Мы занимались и этим.

— Вижу, что вы очень занятые ребята, — посочувствовал Тимофей. — Вот только из-за вашей халатности у многих едва погоны с плеч не полетели! Думаю, что передовая вас научит уму-разуму! Сдать оружие! — Здоровяк без промедления вытащил из кобуры табельный «ТТ».

Тощий, чуть помедлив, расстегнул кобуру и неохотно протянул пистолет Романцеву. — Дежурный! — На оклик Романцева вошел молоденький младший лейтенант, какую-то неделю назад закончивший ускоренные офицерские курсы. — Вот что, младший лейтенант, этих двоих офицеров под охрану. Пусть с ними трибунал разберется!

— Есть! — Вырвав пистолет из кобуры, тот бойко скомандовал: — Пошли к двери!

Поставлена точка еще в одном деле, так что будет о чем доложить Утехину.

Полковник любил порядок. Некоторое время Тимофей вслушивался в рваную поступь в коридоре, а когда здание погрузилось в торжественную тишину, подошел к зеркалу и внимательно всмотрелся в свое лицо. Молодое. Спокойное. Волевое. Ни тени усталости. А ведь двое последних суток вообще не спал. Только под глазами, слегка воспаленными, можно было заприметить небольшие темные круги.

Добравшись до дома, Тимофей негромко постучал в дверь.