Все доказательства неправомерных действий взрослого лояльного по отношению к несовершеннолетнему лояльному были на руках у куратора. Через два месяца на счет Итана "упала" внушительная сумма. К ней было письмо, официальное от органов правосудия. В письме говорилось, что эти средства были размером того штрафа, определенного в ходе разбирательства над делом Аравеля и его травмы, что обязали Рульфи выплатить его единовременно и полной суммой не дробя.

В тот день решилась можно сказать глобальная проблема - Итан все пустил на уплату долга за выкуп дома. Из-за статуса он не мог ранее использовать большие суммы, даже на счету своего сына, но эти деньги имели приписку "не ограничено статусом", что автоматом давало право использовать их как хочется.

Ну он и использовал. С перечисленной суммой ежемесячный долг упал на половину, что давало больше воздуха.

Итан посчитал, что если он будет и дальше оплачивать теми же суммами, как и раньше, то выплатит все за два года и три месяца, а если будет платить по сниженной ставке, то все одиннадцать лет. Весы качнули в сторону уменьшенного варианта и двух лет жесткой экономии.

И вот теперь три выплаты и все.

Аравель, ему уже пятнадцать, почти закончил школу. На него заглядываются, слюну пускают, но не подходят. Красавчик, строен с красивой фигуркой, плоским животом и длинными ногами, играючи осматривал окружающий его мир. Его янтарные глаза, сейчас более насыщенные и имеют легкий оттенок багровой глубины вокруг зрачка, заставляют ежиться под своим напором. Волосы Аравель всегда носил длинными, до лопаток и держал строго в хвосте. Любил бегать, заниматься спортом и умеючи крутить всеми, если чего-то хотел.

Элев был первым на очереди использования и нисколько этому не противился. Наоборот нарывался на использование.

Итан видел его, своего сына, и сравнивал с родителем. Арман был таким же, но более наглым. Аравель же имел ту каплю благоразумия, которую отец сумел вбить в его головенку. А вот с характером ему ничего сделать не удалось, а наоборот только укрепить его. Итан воспитывал его альфой. И он был целиком и полностью его копией - не сдаваться, не плакать, не отступать!

Но во всех их небольшой стабильности была смачная ложка дегтя - Аравель не перетекал.

Его зверь спал и не собирался просыпаться. И Аравель в последнее время частенько хлюпает носом по ночам в подушку, что бы отец не слышал. Итан слышит, но сделать ничего не может. Его кошак не в силах ухватить сыновьего зверя так, чтобы тот разозлился сильнее и вытащил наконец-то голову из колыбели. Он просто стряхивает с себя назойливого кумара и дальше спать.

Итан несколько раз обращался за советами к зверологам, пытался выяснить, что не так он делает.