Уничтоженный клан, погибшая семья... а теперь она получила ещё один удар.

От того, кого всем сердцем хотела спасти.

— Если ты сделаешь это, то станешь изгоем, — бесцветный голос сестры эхом поплыл по комнате.

— Я готова рискнуть, — решительно ответила Юи. — Если Каминари спасёт его жизнь, я готова стать изгоем. Хватит с меня прятаться за другими, отступать и медлить... я пойду до конца, Рикка.

Юи с улыбкой коснулась её плеча.

— Прошу, позволь мне спасти его. У тебя ведь тоже есть тот, кого ты любишь всем сердцем. Тогда пойми мои чувства.

Стиснув зубы, Рикка опустила голову. Юи заметила, как дрожал её сжатый кулак. Сглотнув, девушка молча отошла.

Юи немедля взяла с креплений увесистые ножны с мечом и бросилась к выходу, где её уже ждал БИМ. На миг задержавшись в дверях, она обернулась.

Ширасаги посмотрела ей вслед и тихо прошептала.

— Пусть хотя бы у тебя получится.

Сражение было в самом разгаре. Мы отчаянно рубились, снося с пути балки, оборудование и всё, что попадалось на пути. Вокруг бушевало пламя, фиолетовые вспышки молний пронзали воздух, напитанный вонью пыли и железа. Под потолком огромного цеха полыхал жаром ковш конвертера, полного жидкой стали.

Мы метались по цеху, разя и уклоняясь, с нечеловеческой скоростью. Грозное танго смерти приближалось к жестокой кульминации.

Отбив стальным прутом очередной выпад щупалец, я метнул его в дознавателя. Старик ловко уклонился от тяжеленной арматурины — та со скрежетом пробила борт вагончика с формами.

— И это всё, жалкий божок? — усмехнулся Хирата, утирая кровь с лица. — Где твои божественные силы?

Он вскинул руки, творя плетения — и лавина шипов стальным дождем обрушилась на мою голову. Я отпрянул и, упершись ногами в стальную балку, метнул тело вперёд. Удар! Наспех поставленный Хиратой щит разлетелся, а дознаватель едва успел поставить блок моему кулаку.

Вблизи эсперы не творят узоры, у меня преимущество!

Я обрушил на него град ударов, вкладывая в каждый всю ярость и силу моих сфирот. От адреналина кипела кровь, схватка с грозным архимагом заставляла выкладываться на пределе и за пределом доступных мне сил. Ошибок седой ублюдок не прощал — стоило чуть смазать удар, он тут же выставил щит и отбросил меня.

Пролетев назад метров пять, я ткнулся во что-то мягкое — и вокруг меня замкнулся жуткий лиловый кокон. Пленение плотью!

— Теперь не уйдёшь! — донесся снаружи его безумный хохот, а следом по кокону ударила такая силища, что в глазах померкло. Меня швырнуло назад, слабая оболочка кокона расползлась на лоскуты, пройдя сквозь три слоя стальной обшивки и арматуру. Я вылетел на улицу и грохнулся с десятиметровой высоты на землю, не чувствуя своего тела.

Черт... это было жестко. Ублюдок подловил-таки меня. Надо вставать, скорее...