Вы наверняка продрогли — сегодня прямо пробирает морозцем! — Она поежилась в соболях, искала глазами кого-то в толпе: — Пако! Где вы?

Тут же нарисовался долговязый слуга с удивительно длинным лошадиным лицом и жиденькими локонами:

— К услугам вашей милости.

Та посмотрела на меня:

— Дитя мое, это наш управляющий — сеньор Пако. Он проводит вас в приготовленные покои. Прошу, располагайтесь и отдохните хорошенько с дороги. Сейчас вам это просто необходимо. Обо всех своих нуждах сообщайте управляющему. И прошу меня извинить, что в силу слабого здоровья не могу проводить вас лично. Сегодня я разбита с самого утра. Это такая мука. — Она приложила два пальца к виску, будто сетовала на мигрень, и ее голос скорбно треснул.

— Конечно, матушка. Желаю вам скорейшего выздоровления и благодарю за теплый прием.

Я хотела скорее уйти, чтобы больше не видеть эту женщину. Хотя бы сегодня. И сейчас я мечтала только об одном — снять проклятые башмаки, которые стали настоящими пыточными кандалами, сесть поближе к пылающему камину, выпить бокал подогретого муската. И перевести дух от всего этого кошмара.

Пилар подскочила, придержала меня под локоть. Я отчетливо различила, что у нее посинели ногти — она наверняка забыла перчатки в экипаже. Я почти не смотрела по сторонам — у меня еще будет на это предостаточно времени. Сосредоточенно следовала за управляющим, буквально считая шаги, чтобы найти в себе силы перебирать ногами. Наконец, распахнулись расписные двери, я шагнула в покои и буквально остолбенела, чувствуя, как в горле моментально образовался ком.

Здесь было стыло и пустынно. Никто не озаботился тем, чтобы разжечь камин и протопить хотя бы одну комнату. Эти покои никто не готовил. Похоже, даже не собирался, потому что я отчетливо различила на полированном столе толстый слой пыли. В них даже пахло холодной пустотой

Управляющий тут же повернулся и поклонился:

— Сеньора, прошу простить за нерасторопность. Вас ждали только завтра и еще ничего не успели подготовить. Я немедля пришлю слуг, они принесут все необходимое. Ваш багаж сейчас же доставят. Дрова принесут, не мешкая, и комнаты быстро прогреются. Здесь прекрасный камин.

— Благодарю. Прикажите, пусть поторопятся с дровами.

Пако снова согнулся в поклоне:

— Конечно, сеньора, я тотчас распоряжусь.

Он исчез так быстро, что я даже при всем желании не успела бы попросить о чем-то еще. Впрочем, я и не хотела. Я была счастлива, что он ушел, и мы с Пилар остались, наконец, наедине. Кроме нее я больше никого не хотела видеть. Да… такой прием запомнится надолго.