Сейчас я лишь прошу, чтобы ты рассмотрел его предложение и приехал на фабрику посмотреть, что они там делают. По-моему, ты увидишь, что у них там есть точность, которая, как ты говоришь, нам нужна.

– Ты у нас теперь еще и инженер, а не только шляпница? Перестань вмешиваться в то, о чем ты ничего не знаешь и что не способна понять. Черт подери, иногда мне кажется, что было бы лучше, если бы половина отошла моим идиотам-родственникам.

Он выпалил эти слова, чтобы прекратить ее навязчивые увещевания, но, как только умолк, тут же пожалел о сказанном.

Она долго смотрела на него в полном молчании. Капля за каплей ее теплота улетучилась вместе со злобой. К тому времени, когда она развернулась и вышла из комнаты, ее взгляд был совершенно равнодушным.

– Изволите поужинать здесь, сэр? Уже поздно готовить, но я мог бы принести что-нибудь из таверны.

Этот голос вернул Кевина в реальность, и он заметил, что день клонится к закату и начали сгущаться сумерки. Должно быть, он просидел в задумчивости несколько часов.

Неприятные мысли умели увлекать не хуже, чем размышления о вероятностях и трубах. Он метался туда-обратно между яростью и сожалением. Теперь перед ним стоял Бригсби с подозрительно сочувственным видом. Слуга, наверное, слышал ссору. Оставалось только надеяться, что не разобрал слов.

Кевин оказался перед выбором. Остаться здесь или вернуться на Чэпел-стрит.

– Принесите что-нибудь. Вечером я буду здесь.

Он твердил себе, что он не трус. Голова его все еще была слишком охвачена жаром, чтобы снова заговорить с Розамундой.

На следующее утро он проснулся, чувствуя себя хотя бы наполовину нормально. Накануне вечером безвкусный ужин и полбутылки вина достаточно притупили его мысли. Наконец пришел сон, хотя смятение его не покинуло.

Бригсби настоял, что поможет ему одеться, и даже рискнул войти в спальню, чтобы погладить его рубашку и галстук. Кевина ждал завтрак, который поправил его настроение. В конце концов он отправился на конюшню за лошадью.

Он умно поступил, сняв этот дом у Чейза. Теперь можно было вернуться на Чэпел-стрит, а ссора останется в другом времени и в другом месте. Однако перед Розамундой он все-таки извинится. Он вышел из себя и наговорил резкостей. Через несколько дней они могут снова увидеться на Бери-стрит, и он более сдержанно объяснит свои аргументы.

Входя в дом, Кевин раздумывал, как бы это сказать. Поднимаясь по лестнице, он вдруг понял, что дом выглядит как-то по-другому. Он кажется слишком большим. Пустым. Он напомнил ему бальный зал в конце вечера, когда большинство гостей разъехалось по домам.

Он зашел в свои комнаты и увидел, как Моррис чем-то занят в гардеробной. Строгое приветствие и быстрый кивок, после чего Моррис пробормотал, что нужно сходить за почтой.