— Повторяю: вы дрянь и сволочь, не имеющая в душе ни доброты, ни совести! Идите себе, доживайте вашу бессмысленную жизнь. Вы никому не нужны! Вас просто терпят. С брезгливостью терпят.

Старуха молча поднялась и вышла из кабинета, говорить действительно было больше не о чем. Выбравшись из здания канцелярии наружу, она села на первую попавшуюся лавочку и уставилась в никуда. Неужели она действительно такая сволочь? Чуть ли не впервые в жизни Мирониха принялась осмысливать собственные поступки, и вскоре с ужасом поняла, что имперка права — она не просто сволочь, она конченая сволочь.

Но ведь боролась за справедливость!

«Не ври самой себе, Сашка, — назвала она себя так, как ее не звали с далекой юности. — Тебе просто нравится унижать людей… Вспомни, как плакала девочка над повешенной тобой кошкой… Что она плохого тебе сделала? Ничего! Так зачем все это было? Зачем Мишку травила так? Ради чего?.. Чего ты добивалась?.. Поздравляю, добилась…»

Вечером люди обратили внимание на неподвижно сидящую на лавочке старуху. Позвали, но она не откликнулась, и вскоре стало ясно, что она мертва. Похоронили Мирониху за государственный счет, никто не забрал ее тело из морга, некому было забирать.

Возможно, сын забрал бы, если бы узнал о смерти матери, но его корабль находился за двести световых лет от Земли. Все соседи скандальной старухи перекрестились от облечения, что больше никто не станет портить им нервы. Никто не помянул Мирониху добрым словом.

Странности последнего времени не давали Игорю покоя, происходило что-то непонятное, но он никак не мог понять что именно. Экзамен на выживание, слава Богу, группе разрешили досдать, не пришлось проходить его заново, поскольку сошла она с маршрута не по своей вине, и уже через день вернули будущую большую семью на маршрут.

Больше никаких особых происшествий после обнаружения артефакта неизвестной цивилизации не было, и Игорь с девушками благополучно добрались до точки финиша.

После возвращения в интернат настал ад подготовки к экзаменам, а их было ни много, ни мало, а целых двадцать четыре. Причем каждый принимала особая комиссия, собранная из лучших специалистов с разных планет. Старшие воспитанники бегали, вывалив языки на плечи, но никто не сдавался.

И оценок ниже четверки ни у кого не было! Игорь, как и большинство девчат его группы, сдал все на отлично, и заслуженно гордился этим.

Первым настораживающим звоночком стало то, что никому из их группы, даже тем, кому исполнилось восемнадцать, так и не установили мозговых имплантов, без которых на космическом корабле делать было нечего. На все вопросы отвечали, что вскоре они получат нужные объяснения, пока время не пришло. Игорь даже растерялся от такого подхода.