Та все чаще срывалась на нем, как будто маленький человек был виноват во всех ее бедах. Но как мама не понимала, что этот человек и был тем маленьким островом и оазисом среди всей этой внезапно раскинувшейся пустыни безнадежности в нашей жизни. Да и Бог с ним с этим отцом, ушел и скатертью дорога. Захочет еще вернуться — жизнь она такая. Но лично я уже обратно не приму!

Шумно выдохнула и встала, взяла стеклянную банку в одном из шкафчиков, налила воды, взяла яркие веточки и поставила их в воду.

— Сейчас уберу, — бросила через плечо в сторону матери, взяла в одну руку ладошку Миши, другой прижала банку к себе, и повела брата в свою комнату.

— Цветочки быстро осыпаются, если их не поставить в воду, — спокойно объяснила я, все ещё злясь на мать.

Миша ещё совсем ребёнок и срывать на нем свою беспомощность жестоко по отношению к нему.

— Посиди здесь, я пойду, соберу опавшие листочки и вернусь, — поцеловала в пухлую щечку и ушла.

Мать по-прежнему находилась на кухне. Я же молча, собрала все с пола, выбросила в мусорное ведро, что стояло под раковиной.

— Я скоро на смену, Мишка на тебе, — мать стояла ко мне спиной.

— Хорошо, — отозвалась я.

— Буду дома в девять, приготовь что-нибудь на ужин и покорми брата.

— Хорошо, — я и так знала все эти прописные истины.

Сейчас перекушу что-нибудь и пойду за учебники, затем покормлю Мишу и вечером возьму его на тренировку с собой, к девяти вернёмся. С Мишей у нас был уговор, что он не говорит маме, как мы проводим вечер. Обычно я отвечаю, что гуляем, а на деле… Это оставалось нашей маленькой тайной. Потому как мама подняла бы скандал. Она всегда была против моего увлечения танцами, считала это чепухой и пустой тратой времени.

— Ты сегодня тоже в смену? — спросила она.

— Да, — протянула я, ощущая стыд, что снова скрывала правду.

Не помню уж как пришла к этому всему, но матери сказала, что подрабатываю официанткой в одной из кафешек в центре города. Ну, а что — возраст совершеннолетний, вечера свободны. Деньги с чаевых приношу стабильно. Мать поверила, а я была и рада, что она не знала об истинном месте работы.

Но жизнь иной раз сама диктует свои правила. В моем случае — я рано повзрослела и увидела ее обратную сторону. Поступок отца отчасти стал решающим в этом всем. Безденежье подлило масла в огонь, а наивные и детские глаза моего брата, измученная мать и желание выглядеть не хуже своих сверстниц и одногруппниц толкнули меня на этот шаг. Дело случая, но я считала эту работу своим везением. И Эндара, который вошел в мое положение. И появился на моем пути.

Вечером мы созвонились с Ларой. Оторвавшись от учебников, я на скорую руку сварила макарон, посыпала те сахаром, мы перекусили с Мишей и я, прихватив сумку и братца за ручку, выбежала из дома.