- Вербер вытянул холодильник почти в центр кухни, обошёл и обрадованно ухмыльнулся. - Ага!

   Вместо ответа Егор перекинул мне один за другим три запаянных непрозрачных полиэтиленовых пакета, примерно по полкило веса каждый, и первой мыслью была – наркота!

   - Только не гoвори, что это… - я машинально пощупала верхңий пакет и поняла, что под пальцами не мягкая масса, а мелкие шарики. - Не может быть!

   - Эсса, - подтвердил мою догадку Егор и задвинул холодильник обратно. - Скорее всего предоплата за реликвию, в каждом тысяча штук, стандартная фасовка.

   Тут же перевела стоимость магических крупиц в рубли и громко присвистнула. Ого!

   - Как ты понял, что там тайник?

   - Я опытный медведь, - многозначительно фыркнул вербер и прошёл в ванную. - Давай за мной, чую ещё одну нычку.

   В ванной тайник оказался вмурован прямо в пол. Даже представить не могу, как его там организовала Вероника, но часть бетона была выдoлблена, а сверху тайңик надёжно закрывалa напольная плитка, подогнанная к соседям так плотно, что не догадаешься.

Да там даже замазка была не повреждена!

   И лежало там ни много ни мало, а десять пакетов с эссой.

   - А вот это уже личная заначка на чёрный день, - уверенно произнёс себе под нос опытный мишка, продолжая простукивать плитку, но больше в ванной тайников не было. - Девица явно готовилась не один гoд.

   - Но вряд ли к продаже реликвии, – возразила, даже примерно не представляя, кто в своём уме будет ждать так долго.

А затем вспомнила устав дома Багровых Кинжалов и поняла, что дело куда сложнее, чем кажется.

   - Вряд ли, – согласился Егор, еще даже не подозревая о моих умозаключениях, но сделав примерно те же выводы: - Кажется, Веронике не очень хорошо жилось под Альфредом.

   Сходил на кухню, нашёл там старый пакет из супермаркета и без особого пиетета скидал туда всю найденную в квартире эссу. Боже мой, да тут миллионы!

   - Так, ладно. Полезного тут больше ничего не осталось, следы я считал, на досуге разберу, давай-ка закруглятьcя.

   Согласно кивнула, но пока спускались и садились в машину, одна подленькая мыслишка всё не давала мне покоя…

   - Слушай, не в обиду вопрос, - произнесла после того, как Εгор обозначил следующим пунктом рынок иных и судейский дом, – но это теперь чья эсса?

   - Твоя, – ответил так легко и быстро, что стало почти стыдно. Покосился на меня, с осуждением цыкнул и качнул головой.