Если в первой атаке немецкая пехота сопровождала свои танки на бронетранспортерах, то потом она просто шла вперед пешком, спотыкаясь о мертвые тела, которых с каждым разом становилось все больше и больше, как и сгоревших железных коробок, еще недавно бывших новенькими немецкими танками и бронетранспортерами.

Это был жаркий день под палящим солнцем, когда запах пороховой гари смешивается со сладковатым запахом сгоревшего тротила, и весь этот «аромат» перебивает вонь горелой человеческой плоти и жирной бензиновой копоти. На зубах скрипит пыль и песок, во рту пересохло, и ты смотришь воспаленными глазами на то, как сражаются твои бойцы, которых ты учил быть победителями.

Ты понимаешь, что сегодня у них самый строгий экзамен, да и у тебя тоже. А те, кто незваным пришел на нашу землю с оружием в руках, сегодня умирают один за другим, и это тоже правильно.

И вот наступил тот момент, когда воздушная разведка доложила о том, что немцы полностью «выложились» и не собираются больше атаковать, а от мощного бронированного кулака остались жалкие ошметки.

Тогда я, немного поколебавшись, бросил вперед находившиеся в резерве механизированные и танковые бригады, чтобы окончательно смять и опрокинуть растерянного и деморализованного нашим отпором врага, чтобы на его плечах пойти дальше к Полтаве, окончательно отрезая группу армий «Юг» от основных немецких сил.

К концу дня все было кончено. Бросая технику и тяжелое вооружение, остатки вражеской армии спешно отступали по тому же пути, по которому они шли сюда. Но только теперь это была не армия с весело шагающими солдатами и пылящей рядом с ней по шоссе боевой техникой, а оборванные, грязные и насмерть усталые пехотинцы, которые из-за отсутствия транспортных средств были вынуждены пешедралом идти на запад.

Как это часто бывает в России, все произошло неожиданно и стремительно. Еще вчера днем я находился в Москве, пытаясь выяснить, когда состоится моя следующая поездка на фронт, а уже к вечеру меня захватил вихрь событий, связанный со срочным выездом куда-то на восток Украины, где русские еще раз хорошенько вломили гуннам.

Как говорят наши русские коллеги, эту поездку на фронт в ГлавПУРе (так называется главный пропагандистский орган в военном ведомстве у русских) организовали только потому, что там получили хороший нагоняй с самого верха. Мол, гусь – птица ленивая, пока не пнешь – не полетит.

Компанию русские собрали самую пеструю. Были такие же, как я, корреспонденты американских газет, несколько раздраженные новым успехом русских – ведь у наших парней на Тихом океане дела шли из рук вон плохо.