Бронированы «Ганомаги» чисто условно – против осколков и пуль на излете, и очереди из «Печенегов» с легкостью дырявят их «картонную» броню, не оставляя никаких шансов не успевшим выскочить пулеметчикам и водителям. А потом по этому хаосу прошлись длинные очереди 30-миллиметровых пушек. Ответная стрельба затихла. Только эпизодические выстрелы, время от времени раздающиеся из-под горящих машин, говорили о том, что там кто-то еще остался жив.

Высокий человек в офицерском плаще тем временем куда-то пропал. Он был то ли убит, то ли залег.

Но «Ганомаг», на котором он ехал, был не в состоянии двинуться с места, ибо очередью из автоматической пушки у него были разбиты и заклинены все катки на одном из бортов.

Как только БМП на какое-то время замолчали, одетые в «лохматки» бойцы с обеих сторон начали перекатами приближаться к дороге, пока их товарищи прижимали огнем уцелевших немцев. Потом роли менялись, и вперед шла следующая группа.

Услышав позади себя стрельбу, мотоциклисты и два броневика, уже успевшие доехать почти до окраины Боромли, резко развернулись и плотной группой рванулись обратно.

Но примерно метрах в пятистах от головы попавшей в засаду колонны, на опушке леса, их уже ждали два «Панциря», опустившие стволы для стрельбы по наземной цели. Огненный шквал из четырехсот бронебойных, осколочно-фугасно-зажигательных и осколочно-трассирующих снарядов, на две с половиной секунды пронесшийся над дорогой, смел с нее и мотоциклы с их седоками, и оба броневика. И наступила тишина…

Тем временем на месте основной засады разгром колонны вступил в завершающую фазу.

У бойцов был приказ брать в плен только немецких офицеров в звании не ниже гауптмана, а всех остальных пристреливать на месте. На самом же деле нас интересовал только один человек в полевой генеральской форме и со жгучим африканским загаром. Не дай бог, если он вздумает отстреливаться от моих ребят. Еще хуже будет, если «Лис пустыни» угодил под шальную пулю. Но получилось что-то вроде золотой середины. Достался он нам живым, но в бессознательном состоянии, в силу чего он не смог ни оказать сопротивления, ни застрелиться.

А вышло вот что. За две машины от радийного БТРа, в котором находился Роммель, находился самоходный 81-мм миномет, не успевший сделать ни единого выстрела до того момента, когда в него попал осколочно-фугасный 100-мм снаряд. Сдетонировавшие мины разнесли несчастный броневик в клочья. Взрывная волна и один из отлетевших фрагментов броневика жестоко контузили Роммеля.