Так мало того, что мы держимся, вы еще и имение Юрмановых захватили. Это ли не чудо?

— Так меня еще не называли, — хмыкаю я. — Но вы рано радуетесь, графиня… Самое интересное еще впереди.

— Пожалуй, вы правы, — вздыхает графиня графиня.

Она все еще выглядит так, будто не до конца верит в происходящее. Хотя глаза ее уже начинают привыкать к абсурду и крови.

Я позвал сюда часть отряда боевых служанок Алины. Среди них нет никого старше тридцати. Но по ним и не скажешь, что они новички. Они постоянно тренировались с тех пор, как я нашел каждую из них. А затем я усиливал их дары. Постоянно и методично.

Не зря меня за спиной называли палачом. Ведь никто не мешал мне стать им на самом деле.

Ни один из наследников не хотел пачкать руки на казнях. Ни один… Поэтому эту работу всегда брал на себя я. Именно поэтому у меня такая слабая поддержка среди дворян.

Многие из приговоренных были аристократами. Пусть и мелкими. И да — я не стану врать — их казни доставляли мне удовольствие, особенно, когда я видел их глаза, полные злобы. У меня не было ни капли сожаления. А у них — ни грамма раскаяния за то, что они совершили. И всегда приходил вспыльчивый и безнаказанный цесаревич… и отрубленные головы катились по полу. Так я очищаю империю от того, что в ней не должно быть — от грязи и гнили, которая больше не будет ее отравлять.

Здание снова вздрагивает — потолок скрипит, пыль сыплется с карнизов, вибрация уходит в пол. Но это уже никого не удивляет. Нас обстреливают постоянно — и пулями, и магией. Бьют тяжело и целенаправленно. По фасаду, по крыше, по оконным рамам. Но на окне стоит мощный барьер, через который не сможет пройти ни один из снарядов врага.

Мы находимся в самой укрепленной части особняка — в старом кабинете покойного графа Арбенского. Пространство темное, обшитое деревом, здесь пахнет сигарами, порохом и кровью.

— Алина, можно как-то осторожнее? — говорю я, ставя салфетку под стакан. — Мы тут вообще-то чай пьем.

С потолка осыпается еще щепотка пыли.

— Сейчас пойду скажу девочкам, — вздыхает Алина и исчезает в тени.

Я подхожу к дверному проему, выглядываю в коридор. Там из окон хорошо видно происходящее во дворе поместья.

Девушки в черной форме заняли позиции у окон, они действуют четко, не отвлекаясь. Их не больше сорока. Они знают свое тело, знают свои силы. И работают без суеты.

С другой стороны — наши враги. Разрозненные отряды дворянских родов, плохо скоординированные, уставшие и потрепанные. Они уже понесли серьезные потери. Их изначальный приказ был прост: ворваться и уничтожить цесаревича Дмитрия как можно быстрее.

Это и сыграло с ними злую шутку.

Сейчас они стали осторожнее. И пытаются проникнуть внутрь более умными способами.

— Да что ж такое? — вскрикивает одна из девушек.