Они степенно расхаживали по улицам и вокруг Большого дворца, с раннего утра толпились сразу в нескольких канцеляриях, заглядывали во все лавки — и бурчали, при каждом удобном случае бурчали о непомерной алчности обнаглевших чернильных душ! Ведь как получалось? Великокняжескому землемеру за размежевание с соседями, и составление точного чертежа поместья — заплати. Поветовому старосте[1], за справку об отсутствии земельных тяжб с соседями: опять же подношение занеси да покланяйся!.. В канцелярии подскарбия Воловича, за бумажку об отсутствии недоимок по налогам малый сбор оплати: а затем еще и за выписки из великокняжеского архива о новом владении, и из Бархатной книги родов шляхетских — по десятку талеров за каждую грамотку отдай! И ежели хочешь получить у маршалков Великого канцлера красиво оформленный свиток на дорогом веленевом пергаменте, да с подложкой из багряной замши — так и на это надобно тряхнуть мошной. А как же не потратиться, коли остальные счастливцы этак невзначай похваляются своей Жалованной грамотой, и смотрят на тебя, как на дерь… Кхм, как на какого-то безземельного нищеброда?.. Одна радость: после этаких-то мытарств и сплошного разорения, поместье наконец-то становилось родовой вотчиной!.. Достойный повод, чтобы спрыснуть его толикой доброго заморского вина, или кубком-другим хорошего стоялого меда: ну а там уже развязывались не только языки, но и завязки кошелей, делая выручку хозяевам городских лавок и приличных кабаков.

Но и это были не все желающие непременно попасть в Вильно на время Сейма и турнира: еще до завершения Большого смотра шляхты среди благородного сословия пронеслась весть о разгроме Хана Крымского, богопротивного Девлет-Герая — и о большом ответном походе русских ратей на обе ногайские орды. А так как с Диким полем соседствовали не только московиты, но и благородные литвины, в рядах последних тут же начались разговоры. О военной удаче вообще, и о том, что неплохо было бы поддержать столь добрый почин собратьев по вере — в частности. Собраться-снарядиться за грядущую зиму, да по свежей весенней травке отправится в степь, дабы хорошенько пограбить… Гм, помочь единоверцам в их извечной борьбе с крымскими набегами. Опять же, у многих перед глазами был наглядный пример шляхтичей, неплохо поправивших свои дела за время усмирения Ливонии: настолько, что их соседей и знакомцев пробирала откровенная зависть! В общем, сразу в семи поветах прошли стихийные собрания-сеймики, на которых благородное панство составило прошение к великому гетману литовскому Ходкевичу — чтобы тот походотайствовал перед государем за его очень верных, но немного обедневших подданных.