— Сегодня прекрасный день, — сказал он охранникам. — Сегодня мы уничтожим Зло!

В поход армию удалось поднять только через два часа — после того, как селяне соизволили позавтракать. Но всё-таки наступление началось.

Хабрекам Господь приказал прикрывать тыл, а сам повёл вперёд вчерашних пахарей. Конечно, это казалось несколько рискованным, но Олег оставался единственным конником в армии, и был уверен, что всегда успеет уйти с линии атаки.

По извилистой пыльной грунтовке тянулась длинная лента идущей по четыре человека в ряд воинов. Серые плотные рубахи, короткие мечи, кое-кто выделяется металлическим шишаком на голове, но большинство — либо в полотняных шапках с длинными ушами, либо вообще простоволосые.

— Ничего, — покачал головой Олек. — Сила не в доспехах. Сила — в правде. Дьяволу никогда не удастся придти к власти. Ни на Земле, ни здесь, в мире Тысячи Солнц. Мы победим — потому, что не можем не победить.

Он увидел, как дорога огибает берёзовую рощу и придержал коня. Командуй он Тёмными силами, обязательно собрал бы свои силы в кулак и подловил противника на марше. Вне плотной фаланги хабреки по боеспособности ничуть не лучше пахарей, а пахари, если не удерживать их крепкой рукой, всегда готовы разбежаться при первой опасности. Один неожиданный удар во фланг — и армия Создателя окажется рассеяна по всему континенту, и её уже никому не удастся собрать вместе.

Как назло, ещё и Данила успел куда-то спрятаться.

Олег пнул коня пятками, заставляя его перейти на рысь, оторвался от передовых отрядов, проскакал вперёд, завернул за рощу, прислушался. Нет, никого. Он погарцевал на месте, дожидаясь подхода войск, а потом опять сорвался с места, чтобы заглянуть за другую рощу. Опять пусто.

Впереди показался камень с навечно поселившимся на нём вороном.

— Прямо пойдёшь — коня потеряешь, налево пойдёшь — сам пропадёшь, направо пойдёшь — головы лишишься, — громко прочитал Создатель и громко расхохотался: — Врёшь ты всё, булыжник. Ныне я уже все дороги истоптал, а сижу верхом, никуда не делся, а голова… Ни её самой, ни разума я, вроде, не потерял. Вернусь, прикажу закрасить. Нечего попусту путников пугать.

Здесь он опять дождался широко шагающих пахарей, и решительно указал в сторону Мёртвого замка:

— Вперёд, воины! Нам остался последний переход.

До засады ни Дьявол, ни хелены так и не додумались. Армия Зла самым банальным образом перегораживала обширное поле, километрах в шести за камнем на распутье.

Плотную толпу примерно из четырёхсот «полицейских» прикрывали на флангах пара сотен чёрных всадников. Прислужников Дьявола оказалось вдвое меньше, чем воинов Добра.