– Суки позорные, мусора! – истерично закричал задержанный.

– Ну-ну, повыкобенивайся! В машину его!

Оперативники подняли бандита и повели его в автобус. Майор пожал Гиви и Андрею руки.

– Молодцы, парни! Одного из банды взяли, теперь раскрутим. У меня на допросе немых не бывает.

Автобус с задержанным и операми из городского управления уехал.

– Ну вот, целый час на твоего бандита потратили, а ведь у нас свое задание, – с упреком сказал Гиви.

– Какой он мой? Согласись, что упускать было нельзя.

– Лавры городскому Управлению достанутся, они дело раскроют, а нам по шапке дадут.

– Сколько ты карманников сегодня задержал?

– Вот! За целый день – одного! Это значит, что граждане как писали жалобы, так и будут писать.

– Сам знаю. Иди домой, завтра с утра – на планерку. Чует мое сердце, зададут нам перца.

– На меня вали, я же бандита заметил.

– Я старший в паре был, с меня и спрос.

На следующий день, однако, обошлось без «перца». Даже у более опытных оперов не всегда получалось взять карманника с поличным. А они вчера и карманника взяли, и бандита повязали – из довольно серьезной банды.

Начальство из городского управления звонило, просило передать благодарность.

Василий Федорович не ругал, но и не хвалил:

– Гиви, Андрей, вам сегодня снова в трамваях кататься. Тот щипач, что сумки и карманы режет, не взят пока.

На третий день трамвайных «покатушек» у Андрея уже голова кругом шла от мелькания лиц и многочисленных пересадок.

Около полудня Гиви подал Андрею условный знак и глазами указал ему на веснушчатого парня в кепке. Андрей мазнул по парню взглядом. Пристально смотреть нельзя, сразу себя выдашь.

Да и чувствуют некоторые взгляд – даже спиной.

А физиономия знакомая. Ба! Да, видел он его на фото в картотеке. Две отсидки, правда – короткие, по два года. Вор-карманник Владыкин Илья по кличке Софрон, постоянно проживает в Ярославле. Видимо, на «гастроли» приехал, благо от Москвы недалеко.

Андрей медленно приблизился к щипачу. С другой стороны оказался Гиви.

Обычно воры присматривают себе жертву на остановке – зачем лезть в карман к работяге в телогрейке? Там, кроме пачки мятых папирос, не будет ничего, чем можно было бы поживиться.

А у кого одежда поновее, побогаче, к тем и приглядеться можно – особенно к женщинам. Мужчины зачастую убирали портмоне в карманы брюк – под пиджак или плащ, тогда кошелек вытащить труднее. Женщины же хранили кошельки в сумках – оттуда стянуть добычу проще.

Щипач был рядом с Андреем, через одного человека. Андрей старался не выпускать из виду правую руку вора. В картотеке, в разделе «Особые приметы» не было указаний, что Софрон левша, стало быть – рабочая рука правая.