— А штрафники идут потому, что вам пришло в голову сунуть в вашу авантюру подопытного кролика.

— Принявшим участие в операции штрафникам, включая и кролика, гарантировано помилование и возврат должностей, наград и званий.

— Добрячки, — невесело усмехнулся Алексей, — скажи, Дэйсон, сколько времени отводится на уничтожение охраны и переправку правителей?

— Количество охраны?

— В периметре арены около тысячи десантников.

— В периметре? То есть основная их масса за забором? — уточнил Алексей и, дождавшись положительного ответа, продолжил мучить оппонента.

 — Тогда объясни, зачем против тысячи мы кидаем пятнадцать, когда два сброшенных непосредственно в здание взвода решат задачу и с лёгкостью уйдут по мосту вместе с пленными?

Дэйсон запнулся. На секунду отведя взгляд в сторону, тихо произнёс:

— Как же с тобой тяжело.

— Давай, Дэйсон, колись, — подначил Алексей, — пятнадцать тысяч на четверых, не многовато ли?

— Нормально, вахны должны видеть, что мы имеем серьёзные намерения.

— Странный способ показать серьёзность намерений.

В предстоящей операции не было ничего необычного, но где-то внутри тренькнул звоночек.

Зная Дэйсона, изучив манеру его разговора, поведения, Алексей видел мелкие несоответствия с привычной картиной. Дэйсон нервничал, сейчас это стало ясно по несвойственным паузам, интонациям, бегающему взгляду. Алексей безошибочно определил состояние главы контрразведки и усомнился, что именно его попытки заставили Дэйсона сорваться. Дэйсон недоговаривал, недоговаривал такое, отчего самому становилось не по себе, но должность обязывала, и Алексей понял. На этот раз выжать информацию вряд ли получится.

— Какой противник, такой и способ, — буркнул Дэйсон, закрывая неудобную тему.

— Мы побеждаем в этой войне, — упорствовал Алексей, — почему мы, а не они проявляем инициативу, почему люди рискуют жизнями солдат в то время, когда по всем законам физики мирные инициативы должна проявлять проигравшая сторона? Зачем нам о чём-то договариваться, когда до победы остались шаги?

Алексей неотрывно смотрел Дэйсону в глаза. Отчаявшись получить прямые ответы на настораживающее предчувствие, он сыпал вопросами, стараясь хотя бы в ответах Дэйсона зацепиться за тот крючок, который поможет размотать клубок недосказанного.

— Нам, майор, со своих солдафонских позиций полной картины всё равно не увидеть, — упорно сходил с темы Дэйсон. — Решение принято наверху, а исходя из опыта всей войны, хочу сказать, ни одно решение, там принятое, ошибочным пока не оказалось. Давай будем исходить из этого и просто выполним задачу.

— Выполним, — напитал Алексей тон сарказмом, — куда нам, баранам подневольным, от неё деться? Ты мне вот что скажи.