Между тем, телу принимать пищу как-то было надо иначе бы оно давно умерло от недоедания. Может, кормили через зонд? Тогда во рту было бы погано. Не может зонд, даже триста раз магический, не оставить последствий! А может, как-то иначе подпитывали тело. Магией, скорее всего. Голода девушка не испытывала никакого и потому просто забыла о еде, забыла напрочь о том, что еда вообще существует на свете.

Но сейчас при одном упоминании о счейге проснулся вдруг адский голод, до спазмов в пустом животе.

Лилар помогла сесть, переменить рубашку, — слабость по-прежнему дрожала в каждой клеточке тела, каждое движение по-прежнему сопровождалось болью, но всё это снизилось до терпимого порогами можно было отодвинуть в сторону, накрыть крышкой и пренебречь.

А уж горячий бульон с мягкими кусочками разваренной рыбы и счейг… В жизни еще не ела ничего вкуснее. Ради одного этого стоило ожить, поверьте!

Но когда Хрийз попросила Лилар принести застрявший в двери нож, клинка там не оказалось. Он исчез, как будто его не было там никогда.

— Почему? — потрясённо спрашивала Хрийз.

Потеря ножа огорчила её до слёз, которые тут же с предательской радостью выползли на щёки.

Лилар невозмутимо отёрла лицо девушки мягким, влажным, тонким полотенцем, и снова сквозь слабость и боль Хрийз чувствовала, что жива. Жива, потому что пальцы Лилар не проходили сквозь тело насквозь, как это было на Земле, в прежнем доме, где Хрийз болталась неприкаянным призраком. Жива потому, что сама смогла обхватить запястье Лилар уже своими пальцами, и рука не прошла насквозь, как проходила сквозь ладошку Карины, если забыться и перестать держать контроль над призрачной собой.

— Вам не хватило сил проявить клинок полностью, госпожа, — объяснила Лилар. — Пока не хватило. Потом сможете.

Хрийз улыбнулась, страшно обрадовавшись обещанию «потом сможете». Я смогу! Смогу обязательно.

Лилар ухаживала за телом все эти долгих четыре года. Надежда гасла с каждым днём, но она верила, что юная княжна вернётся. Не зря же верный Яшка принял посвящение стихией Смерти и улетел на поиски ушедшей души. Не могли те поиски окончиться неудачей!

А верным знаком того, что старшая из проводников стихии Жизни возвращается стало то, что несколько женщин Сосновой Бухты сумели зачать детей.

Ведь за четыре года с момента гибели страшной Алой Цитадели не родилось ни одного малыша, а все, кто носил детей на этот день, независимо от срока, детей своих потеряли… Выкидыши, мертворождённые, — вот это всё.

Ель Снахсимола в одиночку, без своей старшей и Желана, начала терять связь со стихией. Ещё немного, и стихийная магия совсем сгорела бы у неё, а то и вовсе обратилась бы против своей носительницы, обращая её в умертвие.