Доступную, безотказную. Ту, что дали в качестве откупа взамен на его покровительство.

А я-то думала…"

"Пытаюсь собрать себя по кусочкам, но ничего не выходит. С каждой секундой я теряю самообладание и выдержку. Впервые настолько уязвима и беспомощна. Не лиса, а маленький новорожденный котёнок, которого нужно отогреть, накормить и вдобавок сказать пару ласковых слов.

— А тебя, получается, может задобрить каждая? – интересуюсь у Медведя дрожащим голосом. — Любое преступление прикроешь?

— Нет, ты первая. Первая моя взятка. Я не полностью закрыл глаза на ваши деяния, а так… на секунду отвернулся.

Кто не успел — тот опоздал.

— Ок, Миша, — понятливо киваю, выпрямив спину. — Впредь, прежде чем идти на преступление, придумаю план Б.

— Вот и славно. Но с конторой своей лучше завязывай. Куда честнее и законнее стриптиз. Танцуешь ты и правда шикарно. Заводит.

Медведь продолжает лениво поглаживать меня по спине и, не отрываясь, смотреть. В этот момент я стараюсь последовательно анализировать свои действия, чтобы понять, почему он подумал обо мне так и никак иначе.

Я ведь сама ему навязалась. Пришла в беседку, танцевала и откровенно соблазняла.

Позволяла целовать, трогать. Когда мы оказалась в номере, я выпалила много лишнего о разговоре с директором. О деньгах, которые мне якобы обещали заплатить. Миша воспринял это по-своему. Он поимел меня, а я поимела его. Все понятно и более, чем прозрачно. Говорить теперь Басаргину о том, что я была девственницей — странно и нелогично. Он не поймет, не поверит. Надо было раньше.

Делаю глубокий вдох. Крупная ладонь перемещается ниже и раскрывает полы моего халата. В висках громко пульсирует. На что я готова пойти дальше? Где конец у этого дна?

Басаргин тянется и целует меня в губы.

Приятно и осторожно. Остывший после сумасшедшего секса в ванной комнате, сейчас он желает получить свою порцию нежности.

— Не знаешь, почему я так сильно хочу тебя? – спрашивает в губы.

— Нет.

— Это риторический вопрос, Рыжая. Отвечать необязательно.

Его язык переплетается с моим, ладонь накрывает грудь и слегка сжимает. Внизу живота простреливает от яркого желания. Медведь оголяет моё плечо, сжимает подушечками пальцев сосок. Прокручивает, параллельно лаская мой рот.

Я тихо постанываю, но при этом ощущаю себя испачканной, грязной. Не так как несколько минут назад. Пал Борисович похвалит меня за отсрочку от казни. Уладит проблемы за один-два дня и заплатит много денег. Всё сложится отлично. Вот только, кем я останусь в памяти Михаила – страшно представить.

Все прекращается, когда в дверь громко и настойчиво стучат. Вздрагиваю, нехотя отрываюсь от умелых губ.

— Твою мать. Кто там? – раздраженно интересуется Басаргин.

— Наверное, ужин принесли. Нужно открыть.