Они вообще-то похожи, только у дочери нос папин – клювом… Вот семейка, а? Чисто мафия!

– Да, безобразие, – согласилась я. – Но что ты так нервничаешь? Не волнуйся, криминальная семейка получит по заслугам.

– Это-то да, – Натка никак не могла успокоиться. – Но ведь как обидно! На таких болезненных струнах играли! Святую женскую веру в чудо эксплуатировали! Ты представь, сколько баб будут плакать в подушку, утратив последнюю надежду удержать свою молодость и красоту!

– Да брось, я уверена, будут еще надежды! – хмыкнула я. – На наш век жуликов хватит.

– Это точно, хотя сколько нам того века осталось…

– Побольше оптимизма, – попросила я.

– Кто как, а ты у нас красотка и замуж выходишь.

– И вообще, скоро Новый год…

– О, точно! Распродажи! – Натка воодушевилась. – А пойдем на шопинг, мне нужно много нового красивого белья, а тебе не помешало бы освежить гардероб. Может, ту дивную фуксию еще не купили…

Я протянула руку и отключила связь. Спасибо, не хочу снова наступать на грабли.

Очень трудно – почти невозможно – поймать новогоднее настроение в одиночку.

Было воскресенье. Сашка проводила его с подругами, Натка – с Сенькой и Костей, Машка с семьей, а я осталась совершенно одна.

Обычно я рада возможности немного побыть наедине с собой, в тишине и покое, но предновогоднее одиночество отчетливо горчит, как подпорченная мандаринка. Дома мне не сиделось, и я пошла гулять, надеясь, что принарядившаяся к празднику Москва поделится со мной новогодним настроением.

Я полюбовалась витринами магазинов на Никольской и ЦУМом в эффектных красных бантах, зашла взглянуть на роскошную елку в «Детском мире» на Лубянке, съела мороженое в ГУМе и поглазела на веселых счастливых людей, снующих по катку на Красной площади.

В прошлом году мы были здесь с Говоровым. Никита, как оказалось, прекрасно катается – он летал по льду, счастливый как мальчишка. Только когда стало очевидно, что мой стиль катания идеально определяет выражение «корова на льду», он прекратил носиться, как стриж, и до конца сеанса скользил со мной рядом, то поддерживая-подхватывая, то поднимая. Было весело, хотя я набила себе синяков…

Ну вот! Корова и есть – засмотрелась на лед и в кого-то врезалась!

– Извините, пожалуйста, я… Лена?

Боже мой, это был Говоров!

– Ой, привет! Ты тоже здесь? А почему не катаешься? – я задала вопрос и тут же пожалела об этом.

Сейчас Никита скажет, что ждет свою новую подругу, и мне станет мучительно больно. Потом появится эта самая подруга, непременно молодая, красивая, веселая, и Никита нас как ни в чем не бывало познакомит, представит меня: «Это Лена Кузнецова, мы коллеги по работе, она судья». А красивая веселая подруга приветливо улыбнется мне и не станет закатывать сцену ему.