За все надо платить — рассчитались уменьшением главного калибра с 12 дюймов до 10, и уменьшением площади бронирования. Причем «Победа» имела совсем иную артиллерию ГК, чем «Пересвет» — решили поставить пушки новой конструкции. Жаль только, что броненосец «Победа» подорвался на мине в тот злосчастный день, когда погиб «Петропавловск» — однако большое водоизмещение и лучшая конструкция не позволили кораблю потонуть.

Единственный плюс — относительно хорошая мореходность за счет приподнятого полубака, и возможность стрелять при волнении. Но это слабая компенсация за массу серьезных недостатков, главный из которых один — эти корабли не могли противостоять противнику в боевой линии, ибо бортовой залп был вдвое меньше по весу, чем у того же «Микасы», флагмана адмирала Того.

«Собратья» погибшего «Петропавловска» строились долго, на них всячески пытались «экономить», и первым делом на водоизмещении. А корабль ограниченного тоннажа имеет и ограниченные боевые возможности. Русские кораблестроители постарались изощренно — вооружение оказалось солидное, точно такое же, как у иностранных образцов. Бронирование вышло намного толще, но так как плиты закаливали по старым методам, то способность противостоять попаданиям была не лучше, чем у того же «Ретвизана», да и площадь борта была прикрыта стальными плитами куда как в меньшей пропорции. Расплатились вдвое меньшей дальностью плавания, сократив запасы угля, и скоростью — «Полтава» едва набирала 16 узлов, а «калека» «Севастополь» ход и в 14 узлов держал плохо.

Эти два корабля были той самой пресловутой «гирей на ногах» — ведь скорость эскадры определена ее самым тихоходным кораблем. Так что ни догнать японцев, ни удрать от них, русские корабли не могли — а потому лучше в море не выходить, во «избежание», так сказать. Тем более, что в строю только трое — «Пересвет» и два «тихохода» — любой выход в море для них сродни самоубийству — ведь у японцев шесть броненосцев, качественно более лучших и сильных…

— Не победим мы, если только чудо не случится, — пробормотал капитан 2-го ранга. Елисееву уже исполнилось сорок лет, разменял пятый десяток, а это такой возраст, когда в чудеса уже не верят. Та обстановка, которая царила на эскадре, откровенно удручала. С гибелью адмирала Макарова боевой дух угас, потух как свеча. Даже «миноносники», что раньше рвались в драку, откровенно приуныли. Однако последнюю атаку брандеров все же отбили, потопив десять груженых пароходов, не дам им заползти под «Тигровый хвост» — тогда был бы конец эскадре. Ибо затопленные на фарватере транспорты наглухо перекрыли выход из внутренней гавани русским броненосцам, запечатав их там на долгие месяцы.

Сегодня ситуация кардинально ухудшилась.