Взяв записку и монету, мужчина быстро накинул плащ и вышел через заднюю дверь.

Особняк маркиза стоял в очень приличном районе, а торговые улицы располагались за пару кварталов от него. Но слуги знали, как можно срезать путь через узкие косые переулки, где одна стена почти касалась другой, и девушкам в пышных юбках приходилось протискиваться боком.

Довольная быстрым откликом лакея, Анна вернулась в комнату, вручила подруге чашку с отваром, а после села за маленький секретер, стоящий в углу. Как и ожидалось, внутри нашлась чернильница, бутылочка чернил, несколько перьев и довольно простая бумага без вензелей и гербов. Мелисса уже поела, заправила кровать, привела в порядок собственные волосы и теперь пила лекарство, с любопытством наблюдая за соседкой по комнате. Наконец, не выдержав, спросила:

– Что Вы делаете, миледи?

– Составляю список, – ответила Анна. – Маркиз распорядился пригласить портниху, дал денег, но я не хочу тратить их на пустяки. Нужно точно решить, что мне понадобиться и заказать ровно то, что необходимо.

Камеристка потупилась, а леди ободряюще похлопала ее по руке:

– Для тебя я тоже закажу одежду. Маркиз щедр, так что думаю, он не станет возражать, если я переведу тебя из камеристок в компаньонки. В его доме достаточно слуг, чтобы выделить мне одну горничную.

Бледные щеки Мелиссы вспыхнули от радости. Она, как никто другой, понимала разницу между компаньонкой и служанкой. Обедневшая благородная леди могла быть гувернанткой, компаньонкой, но не горничной, или камеристкой, поскольку эти профессии низводили благородство, ведь слуг принято не замечать.

Анна бледно улыбнулась и продолжила свое дело. Через час в двери осторожно постучали, сообщая, что модистка прибыла и ждет.

– Очень хорошо, – девушка встала, свернула список, затем внимательно оглядела выделенную ей комнату.

Экономка запретила горничным подниматься «к этой выскочке», поэтому порядка вокруг не наблюдалось: на ковре виднелись крошки, постель была заправлена плохо, а огонь в камине почти погас.

– Проводите портниху в малую гостиную и подайте туда чай с тостами. Пригласите нас, когда все будет готово!

Анна отдавала распоряжения тоном, не терпящим возражений, так что горничная не нашла возражений. Через четверть часа она вновь постучалась и проводила девушек в уютную комнату, оббитую светлым шелком, затканным нежными букетами. На широком диване лежали отрезы ткани, рядом на столике стояли шляпные коробки с лентами, полосами кружев и тесьмой. У окна расположились три девушки в скромных серых платьях, а перед зеркалом стояла дама в строгом черном туалете, и с булавочницей, прикрепленной к запястью.