А ещё масла в огонь подливает тот факт, что он привёз меня сюда, как ручного зверька, и снова учит жизни. Да, возможно, он говорит правду. Он практически всегда её говорит, но сейчас особенно неприятно её слышать, когда все чувства и эмоции в полном раздрае.

– Если ты не в настроении и устал, то я здесь при чём? Фактически ты мне никто. А с Ильёй мы давно встречаемся. Пока меня всё устраивает.

– Что именно устраивает? – уточняет он, облокотившись о стену, всё с тем же уничижительным взглядом. – Что ты ходишь по клубам и тебя снимают парни, засовывая в рот таблетки, чтобы оттрахать в дешёвом отеле на окраине города или в квартире, снятой на сутки? Это такая твоя самостоятельность и его чувства к тебе? И где был Ракитин, когда тебя чуть не изнасиловали? Мне казалось, ты разумнее своих лет с учётом всего, что пережила в прошлом.

Какие-то жизненные уроки лучшего всего извлекать на примере чужих ошибок, а не на собственном опыте. Но у тебя, похоже, другое мнение на этот счёт, раз ты по своей инициативе лезешь в гущу дерьма?"

"– Меня обижают твои слова и тон, которым ты всё это говоришь, – вздёргиваю я подбородок, выдерживая взгляд чёрных глаз.

 – Ты хочешь прогнуть меня под себя, чтобы я испытывала чувство вины и сидела тихо, как мышка? Но я знаю цену себе и всему, что было в моей жизни. От ошибок никто не застрахован. И тебе прекрасно известно, что я редко хожу по клубам, прилежно учусь и работаю, чтобы не просить у тебя денег сверх лимита. И да, мне девятнадцать, а не сорок. В этом возрасте хочется веселиться, иногда совершать глупости. Что, собственно, я и буду делать, и ты мне не будешь в этом мешать. Нет моей вины в том, что у мальчиков от дури срывает тормоза и они не могут вовремя остановиться. Да что там у мальчиков? У взрослых мужчин, оказывается, тоже бывают такие моменты, да? – ехидничаю я. – Начни с себя, Динар, а наставления оставь для своих любовниц, которые будут заглядывать тебе в рот. Я рада, что Камыцкая отбрила тебя в тот раз и я осталась в детском доме, иначе рядом с тобой превратилась бы в затюканную принцесску. А так хотя бы могу за себя постоять!

Глаза Динара темнеют, на губах появляется волчий оскал. Он вдруг делает ко мне шаг, резко сжимает моё запястье и толкает на себя.

Я вжимаюсь в его грудь, ноги тут же слабеют, а внутри вспыхивает странное чувство, которое отдаётся спазмом внизу живота.

– Знаешь, в чём разница между мной и твоими понторезами? В нужный момент я включаю мозги и могу остановиться, отключить эмоции, когда того требует ситуация. Не будь ты сестрой Макса, я трахнул бы тебя тем утром, оставив потом денег на такси, а сам уехал бы на работу как ни в чём не бывало. Отдал бы распоряжение охране, чтобы проследили, что моя гостья покинула дом к моему возвращению.