С ужасным грохотом от стены отделился балкон, и среди всего это треска и скрежета он различил ее голос.

Грейс и ее братья долго добирались до Бергси.

Долгие часы в молчании… Атмосфера в карете будто сгущалась от воспоминаний, ведь они возвращались в обитель, которая их сформировала – месть Девона, ярость Уита и могущество Грейс. И пока колеса грохотали, а мили растягивались в часы, все они погружались в прошлое. Через три часа пути, когда начало смеркаться, Девон сказал:

– Господи. Я и забыл, как это далеко.

– Нам потребовалось два дня, чтобы добраться до Лондона, – напомнил Уит, рассеянно потирая бок; ему вспомнились ребра, сломанные как раз перед той бесконечной дорогой.

Спустя еще тридцать минут нервозность Девона сделалась едва выносимой; он почти беспрерывно постукивал тростью по носку сапога.

– Я и забыл, какая здесь унылая пустошь…

– Зато я помню, – негромко отозвалась Грейс, глядя в окно. Вдалеке, пылая желтым и оранжевым, садилось солнце. – Помню, как тут было одиноко до того, как появились вы. – А когда мальчики приехали, ей показалось, будто в имении кто-то зажег фонари. – Хотя, полагаю, мне не следует пускаться в такие воспоминания, учитывая, чем закончилось ваше пребывание тут.

– Наше пребывание тут закончилось тем, что мы нашли друг друга, – произнес Уит голосом низким и скрипучим, всегда звучавшим так, словно перед этим он неделю молчал. – Из нашего пребывания тут родились Бесперчаточники. – И в слабеющем вечернем свете он посмотрел Грейс в глаза. – Грейс, я бы изменил многое в нашей жизни, но только не пребывание здесь. И никто из нас этого не захотел бы.

Трость Девона опять стукнула.

– Хотя вот прямо сейчас я с радостью выбросил бы эту дурацкую трость-шпагу Дьявола.

Не обращая внимания на их перепалку, Грейс опять уставилась в окно. Свет почти угас, тьма торопливо растекалась вокруг, следуя за их каретой. Как далеко они уже отъехали от дома? Сколько еще времени пройдет, пока она увидит его и скажет ему правду, скажет, что любит его? Что хочет быть с ним.

И что все остальное они непременно уладят.

Прошло двадцать лет без него, и с нее хватит. Она покончила с прошлым.

Грейс смотрела в темноту, погрузившись в свои мысли, пока Уит и Девон цеплялись друг к другу, не прекращая перепалку. Она все отчаяннее хотела увидеть Эвана, проигрывая в голове каждую минуту из тех, которые они провели вместе после его возвращения в Лондон.

Клуб. Его крыша. Переулок с прачками.

Маски, которые они носили.

– Как он узнал? – негромко произнесла она.

Девон поднял на нее глаза.

– Что это я. В темноте в ту ночь, когда очнулся. На ринге, с мешком на голове.

На этот раз ей ответил Уит:

– Он всегда тебя узнает, Грейс.

«Я никогда не перестану тебя искать, Грейс».