— Тогда мы бронебойные с МТО сняли на грунт, и шаманили с движком, а тут команда от тебя... ну мы и того... забыли про них. Но сейчас все пучком, вБК есть и те, и те!

— Ладно... так скалько ты сегодня танковнащелкал?

— А чего так мало? Стрелял вдвое чаще, я слышал...

— Так это... нервничал сильно, если честно то просто боялся...

— Проехали. Главное что сами живы остались и технику сберегли, а опыт... Как там Пушкин писал?

— Сын ошибок трудных...

— А самолетовсколько?

Тут наконец БТС полностью вытащил танк из воронки,при этом его напоследок хорошо качнуло, башенный непроизвольно захлопнулся и изнутри послышался громки мат. Мы пулей взлетели на броню и засунули головывбашню. На месте наводчикасидел командир танка и вовсю ширь своей души крыл все и вся.

— А чего тогда ругаешься?

— Да как представил, что могло случится, то чуть жопа не поседела! Как успел руки убрать — незнаю.

И тут мы всевголос заржали. Отсмеявшись, я приказал наводчику Т-44:

— Илья, собери командиров. Всех. Через пятнадцать минут все тут.

Спустя десять минут начали заходить командиры экипажей, расчетов, взводови батарей. Молчаустраивались,кто где мог.

— Ну что, все собрались? — И не ожидая ответа, сразу продолжил, добавив в олос военной казенщины. — Товарищи командиры! Командованиемпереж нами поставлена важная и ответственнаязадача. Прямо скажу — сложная, но интересная. Погуляем на Славу. Совещания не будет. Пока совещаться будем, немчура пяток километров лишних махнет, можем тогда не догнать.

Вответ послышались сдержанные смешки. Переждав совсем немного, я продолжил. — Только что, мы успешно завершили оборонительный бой, в ходе которого смогли нанести противнику неприемлимые для него потери. Теперь его надо решительно добить, пока он от нас не оторвался.

Они ждать нас не будут. У кого возражения будут — потом выскажите, но кратко. По коням!

— Секундочку товарищи! — раздался из-за спины знакомый голос.

Обернувшись, я увидел генерала Руссиянова, в окружении нескольких командиров. Жестом руки он приказал всем оставаться на своих местах.

— От имени командования я объявляю всем, кто непосредственно участвовал в этом бою благодарность! Это первое. Ну и принимайте подкрепление, — он показал на двух командиров, — танковую роту и стрелковый батальон, это во-вторых.

Все командиры одобряюще загудели, и пока они высказывали полнейшее одобрение, генерал сделал пару шагов в мою сторону, взял меня за локоть и негромким голосом спросил:

— Ты почему сукин сын, не поставил меня в известность об изменении первоначального плана, а?

— Если честно, то опасался что вы его не примите.

— Победителей, сам знаешь — не судят.