И, потирая устало переносицу, выпаливаю:

– Мы ведь предохранялись?

Я не помню! Хоть убей!

– Скажи, да или нет? – уже прошу его.

Он на секунду замолкает, будто маринуя меня. Ещё чуть-чуть, и нервы мои точно не выдержат.

– Предохранялся, – утвердительный ответ.

Я облегчённо выдыхаю, потирая глаза. Чуть не разрыдалась.

Я быстро сбрасываю. Откладываю телефон в сторону. А что? Я позвонила и узнала всё, что мне нужно.

Переспали и переспали! Это ничего не значит! Пройдёт пара дней, и я всё забуду. Надеюсь…

Несколько дней проходят незаметно. Сейчас мы работаем с детским домом для особенных детишек.

Он большой и нуждается в жёстком спонсировании. Того, что им выделают – не хватает. После начала активного сбора и оформления всех документов работа закипела. Параллельно я собирала бумаги на удочерение. Это было несложно.

С такой работой, как у меня – связей достаточно. И добрые люди, которым помогла однажды я – с радостью откликнулись на мою просьбу.

И я без труда собираю всё и сейчас еду в детский дом «Огонёк». Припарковавшись у ворот, беру папку с документами и бодро, даже победно вышагиваю по асфальту. Рассматриваю всё по пути.

Начали завозить стройматериалы.

Работа кипит – это радует.

Настроение у меня волшебное. И надеюсь, всё пройдёт отлично. Там уже всё зависит не от меня.

Я захожу внутрь помещения и, вместо того чтобы пойти к Алексею, сначала заглядываю к Славе. Но на привычном месте я её не нахожу.

Подхожу к девочке лет десяти и вручаю той шоколадку. Она была для моей малышки, но у меня есть ещё.

– Не подскажешь мне, где Слава? – мило щебечу. В нетерпении от нашей встречи. Я не видела её дня три или пять. Честно, я уже потерялась в днях недели… Знаю, что сегодня суббота, и у меня выходной.

– Ой, – девочка краснеет, тут же прячет шоколадку под одежду. Испуганно осматривается по сторонам. И сердце сжимается от одного действия. Бедные… Прячут даже такую мелочь от других.

Встаёт на носочки, и мне приходится наклониться, чтобы услышать, что она говорит.

– Она ушла с бандой Скорпионов вон туда, – указывает в конец коридора.

– Скорпионов? – господи, что тут происходит?

– Это мальчишки. Старшенькие. Лет семнадцати. Их тут все боятся. А Славка, дурочка, одному в тарелку плюнула… Вот они её за шкирку, пока воспиталки не видят, и…

Глаза округляются от ужаса.

Я тут же срываюсь с места, матеря всех вокруг. Какого черта эти дуры не смотрят за детьми? А где Лёша, директор?

Я лечу по коридору – и плевать, что на каблуках. Поворачиваю налево и слышу голоса мальчишек. Под лестницей, ведущей на второй этаж. Конечно же, там ведь ничего не видно…

– Эй, пугало, целуй мои ноги. И извиняйся! Старательно! На коленях!

– Языком слизывай! – летит очередная мерзость.

– Не буду! – слышится голос моей Славки. Боевой, с характером.