И потому сразу углядел пожарную и санитарную машину у края полосы. А также небольшую кучку людей, что стояли возле машин, задрав головы.

«Спитфайр» неловко, с «козлом», приземлился, внутри самолета что-то скрежетнуло, хрустнуло, и он подбитой раненой птицей пополз-заковылял по бетонке, рыская из стороны в сторону. Григорий изо всех сил старался удержать ставшую вдруг непослушной машину, не дать ей соскочить с полосы, не воткнуться носом в землю и не скапотировать.

С немалым трудом, но ему это в конце концов удалось. Истребитель остановился. Лопасти винта крутанулись еще несколько раз, а потом застыли неподвижными черными полосами, точно стрелки гигантских часов. В двигателе еще что-то громыхало и стонало. Но и он постепенно затихал.

Дивин попытался открыть фонарь кабины, но тот будто прикипел и не поддавался ни на сантиметр.

— Вот, гадство! — выругался в сердцах экспат. И полез в нишу дверцы. — Где там этот аварийный ломик?

В этот момент налетели люди, что встречали его. Полезли на плоскости, начали помогать открывать кабину снаружи, потянули Григория из кресла, расстегивая замки привязных ремней.

— Качай его, братцы! — раздался чей-то ликующий вопль и экспат совершенно неожиданно вдруг взмыл в воздух, подброшенный крепкими руками летчиков и техников. — Молодец, Кощей! Вот это дал прикурить немчуре, чертяка! Сразу двоих ссадил!

— А ну, немедленно прекратить! — бичом хлестнул незнакомый гортанный голос с кавказским акцентом. Люди не сразу поняли, что эта команда адресована им и Дивин еще раза три взлетел к звездам. — Хватит, я сказал!

— Это что еще за фрукт у меня здесь раскомандовался? — зло поинтересовался Сотников, когда экспата все же поймали и поставили на ноги. — Назовитесь!

Вспыхнул синий лучик небольшого фонарика и неслышно подошедший человек осветил свое лицо и погоны на шинели.

— Майор Джангулов. НКГБ! Вот мое удостоверение, ознакомьтесь.

Григорий напрягся. Как-то не к добру здесь этот чекист нарисовался. Да не один — вон, за ним еще двое стоят. Оружия, правда, в руках не видно.

— Подполковник Сотников, — угрюмо представился комполка после того, как изучил предъявленные ему документы. — В чем дело?

— Мне нужен капитан Дивин, — прокаркал кавказец. — Это же его машина только что приземлилась?

По толпе пролетел легкий шелест. А стоящие рядом с экспатом летчики отшатнулись от него, точно от прокаженного. Григорий криво усмехнулся. Не спеша расстегнул подвесную систему и бросил парашют прямо на бетон взлетной полосы.

Синий лучик уперся ему в лицо.

— Капитан Дивин? Григорий Иванович? Вы арестованы!

Конец третьей книги.