Перед носом «жучка» забушевало пламя и Григорию даже показалось, что самолет вздрогнул и словно замер на долю секунды на месте — настолько мощной оказалась отдача от работы крупнокалиберных пулеметов «летающей батареи». Широкая огненная струя от шести трассеров стремительно унеслась к земле на принялась чертить тропинку закипевшей от пуль грязи, перечеркивая капониры, стоящие в них «юнкерсы» и людей, что сыпанули в разные стороны, спасаясь от смерти.

Как тараканы, подумал с удовлетворением Дивин. Ничего, сейчас мы вас тапком, тапком! Экспат зло усмехнулся, не останавливая обстрела.

От попавшего под раздачу первого бомбера полетели куски обшивки, брызнул разбитый плексиглас кабины. Готов! Рой рубиновых черточек скакнул вперед и уперся в следующую цель. Секунда, и Ю-88 выбросил вверх черно-красный факел. Горит, сука!

Краем глаза капитан уловил, как из того места, где располагался склад боеприпасов, и куда с азартом бил старшина, вдруг вырос огромный багровый шар, внутри которого плескалось солнце. А в следующий миг он лопнул, как проткнутый мыльный пузырь, и «бостон» вильнул в сторону, угодив под воздушную волну от взорвавшихся бомб.

Следом прилетел громоподобный звук, что был слышен даже в закрытой кабине.

— Командир, я его достал! — донесся в наушниках ликующий вопль Савелия. — Командир, ты видел?

— Видел, видел, не ори, — поморщился экспат. — Смотри лучше, гады зенитки готовят, не дай им голову поднять.

В самом деле, надо отдать должное, фрицы быстро сориентировались и начали приводить в боевое положение установленные на аэродроме «эрликоны». Дивин дернул щекой и, отработав штурвалом, выхватил машину из пике над землей, чтобы в следующую секунду с мстительным смешком снова нажать на гашетку.

Эх, жаль, что в этой модификации «американца» не предусмотрена бомбовая нагрузка. Как бы сейчас к месту пришлись сброшенные фугаски.

Но и так вроде неплохо порезвился. По крайней мере, когда «пират» выскочил за пределы аэродрома и ужом ввинтился в низкие облака, прячась от огня опомнившихся зенитчиков, за его кормой полыхало минимум пять костров от разбитых «юнкерсов», а всю южную часть аэродрома заволокло густым дымом уничтоженного метким огнем стрелка склада, чадящего и расплескивающего по сторонам осколки рвущихся бомб, пуль и снарядов.

Хотя, несколько ответных ударов по плоскостям и в корпус экспат все же ощутил. Другое дело, что никаких важных узлов фрицы не зацепили и приборы показывали, что все работает в штатном режиме.

Уже привычно экспат вцепился в штурвал, который то и дело норовил вырваться из его рук, и повел скачущую вверх-вниз машину через сплошную завесу стихии, что разбушевалась не на шутку.