Я делаю это все не ради тебя, а ради мальчика, который, возможно, приходится мне сыном, — снова повторил он, я чувствовала его мятное дыхание на своем лице. — И имей в виду больше сбежать и выставить меня дураком не получится…

Я сильнее вжалась в сидение от последних слов, не угадывая перед собой этого нового Артура.

— Я… — но сказать что-либо не смогла, потому что его рука легла мне на шею и плотно обхватила её. Его глаза испепеляли меня и я никогда ещё не видела в них столько ненависти.

— Как только придут анализы ДНК и моё отцовство подтвердится, ты переедешь в мой дом и подпишешь один важный договор. Мы пройдем процедуру ЭКО и сделаем все, что скажет лечащий врач Егора, но к тебе я никогда больше не прикоснусь… — угрожающе прошептал он, прожигая гневным взглядом.

— Я не буду с тобой жить… — просипела я, приходя в ужас от его слов.

— А после того как ты родишь второго ребёнка, я лишу тебя родительских прав. И навсегда, слышишь навсегда выкину тебя из своей жизни. Как это сделала ты. Только не за деньги, а просто так.

— В тебе говорит задетая гордость… Ты ведь не сделаешь этого… — Артур сильнее надавил большим пальцем мне на горло и кислород перестал поступать мне в легкие.

— Почему нет? — его губы были так близко, ещё чуть-чуть и они соприкоснутся. — Ты ведь позволила себе подобную роскошь? Пришла спустя столько лет как ни в чем ни бывало и объявила мне о том, что у меня есть сын, и тот сейчас находится на грани жизни и смерти? Тебе естественно больно и неприятно, ты возмущена… Но подумай о том, что чувствую я…

— Это не одно и то же. Твой отец… — но продолжить у меня не хватило воздуха и я замолкла.

— С того дня, как ты уехала из Орловска много что изменилось. Я больше тебя не люблю. Но желание превратить твою жизнь в ад, увы, никуда не делось.

На моих глазах выступили слезы и грудь прострелила раскаленная стрела отравленная его ядовитыми и обидными словами. Я и так не в раю жила все это время!

Хватка его руки ослабла, он потянулся к двери с моей стороны, и открыв ее, вернулся на место.

— А теперь иди к сыну. Когда придут анализы я сам с тобой свяжусь.

Меня разрывало на части от боли, обиды и страха. Я совсем не надеялась на такой исход разговора. Нет, я не оправдывала себя, но заявление Артура, что он отберёт у меня детей напугало меня. Руки, лежавшие на коленях, сжались в кулаки, а сердце готово было выскочить из груди:

— Ты… — в уголках моих глаз собралась влага.

— Того влюблённого и окрыленного чувствами к тебе глупца больше нет. Даже не надейся, что слезливая история о том, как тебе тяжело жилось эти годы проймёт меня. Если бы было совсем туго, ты бы приползла еще раньше. А я навёл на тебя сегодня справки и последние два года ты вполне хорошо и самодостаточно себе жила и обо мне не вспоминала.