По дороге в офис меня за опоздание отчитали все кому не лень. Даже рядовые сотрудники. Прошло несколько дней, как я занимаю должность личного помощника Слипко, а уже хочу уволиться. Когда я отказалась переехать в Москву вслед за подругой, она уговорила мужа отдать мне ее должность вместе с окладом. Очень многим в коллективе это не понравилось, поэтому ко мне было повышенное внимание.  Да и сам исполняющий обязанности директора банка был настроен недоброжелательно. На это место он планировал взять своего человека, а тут пришлось планы изменить. Конечно, можно было рассказать обо всем Раде, но я так никогда не сделаю.

— Вы опоздали на работу, — выплыл ко мне из кабинета с важным видом Владимир Андреевич.

— Да, извините. Я попала в аварию…

— Я ведь вчера ясно предупредил, что у нас проверка в банке, — повысив тон, перебил меня.

Ему явно не было дела до моих проблем. Хоть бы спросил, ничего я не повредила?   Я, между прочим, стукнулась головой о стойку дверцы. Под волосами не видно, но довольно ощутимо печет. Пока спорила на стоянке с другом Егора, этого как-то не замечала, а вот сейчас все сильнее ощущала боль  в области виска.

— Это ваш первый выговор… — продолжал между тем Слипко.

— Вы всегда так строги к сотрудникам, которые попали в беду? — знакомый голос раздался сзади, только сейчас он звучал не спокойно и ровно, в тоне было столько стали и жесткости, что Владимир Андреевич побелел.

— Арсен Леонидович, — заикаясь, наш директор протянул руку другу Егора. Теперь я знала, как его зовут. — Мне очень приятно вас видеть. Почему меня никто не предупредил, что вы подъехали?

— Я займу кабинет Егора, вы вернетесь в свой, — вместо вежливого ответа. — С сегодняшнего дня Луна будет моей помощницей. Работы много, мне нужен личный секретарь…

Я?.. Личный секретарь?.. Арсена?

Можно подумать, мне недостаточно того, что случилось со мной за последние девять часов по его вине!

— Да, конечно! Как скажете, — продолжал заискивать Владимир Андреевич. 

Мое мнение тут никого не интересует? Я стараюсь быть терпимой и не обращать внимания на властных засранцев, но иногда эмоции берут верх над разумом, это как раз тот случай.

— Извините, пожалуйста, — обратилась к обоим мужчинам. — Может, вы мне объясните, что происходит, и почему меня словно мяч на футбольном поле пасуют между собой? — выражение лица Арсена не изменилось, а вот Владимир Андреевич опешил. Стал хватать ртом воздух, наверное, забыл, что хотел сказать.

А нет, вспомнил и заверещал:

— Ты уволена! — брызжа слюной, указал он мне рукой на распахнутую дверь. 

— Вы так не горячитесь, — спокойно произнес Арсен. — Лучше соберите вещи и вернитесь в свой кабинет. Никто Луну увольнять не будет.