«Наверное это те самые пресловутые бабочки, о которых пишут во всех дамских романах». — иронично подумала девушка, пытаясь насмешкой вернуть самообладание.

Десс молчала, и принц начал говорить, стремясь использовать эту возможность объясниться.

— Леди Дессиния, я хочу попросить у вас прощения за свое недопустимое поведение. В свое оправдание могу сказать только, что действовал не совсем по своей воле, хотя это ни в коей мере не оправдывает меня.

— Ваше высочество, я полагаю, что вам не стоит извиняться. Вчера я нашла в библиотеке книгу о запрещенных растениях. И я нашла описание экстракта верры. У вас… у вас на губах был его запах, когда вы… когда вы… — Десс покраснела и смолкла, подбирая подходящие слова.

— Когда я целовал вас, моя леди. — мягко проговорил принц, помогая смутившейся девушке. — Я рад, что вы запомнили, чем пахли мои губы, Дессиния.

Десс с облегчением выдохнула и подняла на него глаза:

— Я уверена, что вы не по доброй воле приняли это вещество и в тот момент были не в состоянии контролировать себя.

Принц медленно шагнул к ней, боясь испугать и осторожно взял ее руку. Сжал тонкие пальчики, внимательно глядя в ее глаза:

— Благодарю, моя леди, что не держите на меня зла. Я действительно был так беспечен, что выпил напиток с этим экстрактом. Мой новый камердинер принес мне чай, а я не почувствовал в нем ничего необычного. Из-за моей безответственности пострадали вы, Дессиния.

По счастливому стечению обстоятельств, я выпил не весь чай, иначе последствия были бы гораздо серьезнее. — лицо принца выражало досаду и вину.

— Но вы и не могли почувствовать! Ведь это вещество абсолютно безвкусно и запах появляется лишь спустя некоторое время. Я пробовала образец — вкуса вообще нет! — воскликнула девушка. Хотя совсем недавно она обвиняла его во всех грехах, сейчас была готова с жаром оправдывать принца хоть перед ним самим, хоть перед всем миром. — Не вините себя, ваше высочество. В произошедшем нет вашей вины.

Под его взглядом Десс замолчала и еще ярче вспыхнув румянцем, опустила глаза. Теплые, сильные пальцы мягко приподняли ее подбородок.

— Посмотрите на меня, Десси.

Девушка подняла взгляд и замерла. Совсем близко, в янтарных, с вертикальными зрачками глазах принца полыхало пламя- жаркое, но не обжигающее; яркое, но не слепящее: ненасытное, страстное и жадное, оно ластилось к Дессинии, обволакивая и лаская.

Замерев, не в состоянии оторвать взгляд, Десс ясно поняла, что окончательно пропала: как бы она ни сопротивлялась, сколько бы ни упрямилась, ей не избавиться от своего дикого, почти животного влечения к этому дракону.