Вокруг нас валялись осколки черной хрустальной волны, и мы обе боялись наступить на них - кажется, они были ядовитыми.

Я, выслушав страшный рассказ Ольги Князевой, которую мне как-то резко расхотелось называть Троллем или еще как, отвернулась к окну, стараясь не закричать от боли в сердце. А стена между нами стала из бетонной просто кирпичной, даже с небольшим окошечком. Я и не представляла, что любимая девушка Дениса погибла! И так страшно погибла! И что он, он винит себя в ее гибели! И как же живет теперь сама Ольга - без сестры-близнеца?

- Денис винит себя в ее смерти. - Продолжала говорить Оля мне, не осознавая, что она крепко сжимает в длинных тонких пальцах лежащую рядом плюшевую игрушку.

- Нет, это не он виноват. Это не в коем случае не он. Ему все это говорили - и я, и мама, и отец, и все остальные. То, что яхта разбилась - вина некомпетентного капитана - да ведь и его Бог наказал, но... Но на Дениса наши слова не очень-то и действовали. Я не знаю, как он это пережил.

Я тоже этого не знала, но лишь на минуту поставил себя на его место, душа у меня содрогнулась, словно пребыла в адские чертоги, и я тут же поняла, насколько он сильный духовно человек.

Винить себя в гибели любимого, знать, что он погиб по твоей вине - что может быть мучительнее?

А Ольга продолжала, откинув прядь волос со лба, на котором появились горизонтальные уставшие морщинки очень взрослой женщины.

- Это так тяжело, Маша, терять близкого человека. А Денису вдвойне было тяжело - он считал, что все это произошло по его вине. До начала учебы в университете он закрылся ото всех, ни с кем не общался, никого не хотел видеть. Я, правда, приходила к нему, но от вида меня ему становилось совсем хреново.

Денис видел меня и вспоминал Инну, потому что мы очень похожи. Одно лицо на двоих, правда, характеры у нас были разные. Она - хорошая, я - плохая. Она - ангел, я - стерва. Нет, у нас отношения были замечательные, мы прекрасно друг друга дополняли и вообще - Инка была самым близким человеком, словно второю мной. Я чувствовала, когда ей было плохо, а когда хорошо. Когда, - от воспоминаний Оля вдруг улыбнулась, - у нее был первый раз с Дэном, я наутро перезвонила ей и ехидно поинтересовалась, понравилось ли ей, а она испугалась и спросила: "Как ты догадалась?". А я сказала, что почувствовала ее эмоции ночью, так же, как когда-то она год назад почувствовала, что я сломала руку.

- Дэн что, влюбился в тебя? - тихо спросила я, чувствуя, что ничем не могу помочь Ольге, хотя очень хочу сделать это.

- Нет, что ты. Он просто видел во мне любимую девушку, но прекрасно понимал, что я лишь ее копия. Плохая копия. А я не могла видеть то, что он винит себя. И мы, чтобы не портить друг другу нервы, решили не общаться, но продолжали считать себя друзьями или даже кем-то вроде брата и сестры.