Влюбился? Точно влюбился! Как неожиданно…

Когда он освободил свою девушку от шарфа, ушанки и пальто, Валечка ее сразу узнала. Видела на множественных фотках друга.

Варя когда-то училась с Нико в одном классе. Была гордой и неприступной. Он бился целых три класса с девятого по одиннадцатый – безуспешно. Потом она с родителями куда-то уехала. Он повзрослел, но не забыл. И, видимо, не разлюбил.

– Это – моя Варенька, – представил он ее присутствующим. – Наконец-то я ее нашел.

– Я не терялась, – симпатично улыбнулась Варя. – Жила все эти годы на соседней с Коленькой улице.

И так у нее вышло это «Коленька»! Как нежный звук маленького колокольчика, как осторожный хруст тонкой льдинки. Валечка вздохнула, выдохнула, тайно радуясь за всех, за всех.

– Давайте пить чай, мои дорогие, – предложила она. – С пирогами и апельсиновым вареньем. В нем столько солнца, что верится: все наладится и сбудется.

– Уже наладилось и сбылось, да, Женя? – подмигнул Нико ее мужу. Поднял пузатую кружку с чаем. – За апельсиновое варенье! Вот чудится мне, что есть в нем что-то чародейское! Магия какая-то! Давайте выпьем за магию солнечного света!

На жилье, которое снял Костя, как говорится, без слез не взглянешь. В двухэтажном деревянном бараке, где на каждом этаже – по четыре квартиры с частичными удобствами (так выразилась женщина, которая сдала Косте эти хоромы). «Частичность» заключалась в отсутствии ванной, но хотя бы раковина с туалетом имелись, и на том спасибо.

Квартиру подороже Косте не потянуть: зарплата у молодого специалиста, вчерашнего студента ровно такая, чтобы с голоду не помереть. Для оплаты квартиры Костя еще и подрабатывал. Но не унывал: и планы строил грандиозные, и работы никакой не боялся.

Квартирка на втором этаже была темная, неухоженная, со старой разномастной мебелью. Хозяйка давно жила с мужем в другом месте, всё надеялась, что дом снесут и им дадут новую квартиру. Но городские власти, кажется, забыли про барак.

– Если воду отключат, во дворе колонка есть, – извиняющимся тоном сказала хозяйка, которая не могла поверить, что нашелся человек, готовый снять это жилище.

Костя, как мог, навел уют: полы вымыл, пыль вытер, допотопные светильники и посуду перемыл, проветрил, занавески постирал, расставил по углам кое-какие мелочи, ноутбук на тумбочку водрузил – вроде бы симпатичнее стало.

– Буду обживаться, – сказал сам себе Костя, глядя в мутное, как его ни отмывай, зеркало с трещиной в углу.

Потекли дни. Уходил Костя рано, приходил поздно, ужинал и спать ложился. Соседей не видел, однако иногда слышал то шаги за дверью, то негромкие разговоры.

В квартире под ним кто-то ходил и иногда покашливал, слышалось что-то вроде скрипа.