Не люблю! Откуда взяться у меня бледной поганке? На рынке их не продают, – фыркнула Валечка. – Это тот, кто очень любил собирательство лесное. Грибы там, ягоды, травки. Кстати…

Она резко выпрямилась, роняя руки. Совсем позабыла, что ногти грязные.

– Мать Нинель – заядлая грибница. У кого хотите спросите. Она даже летом на их местном пятачке белыми грибами торгует.

– Ну не поганками же.

– Где белые, там и поганки с мухоморами. И еще… Все хотела об этом сказать вашему отцу, но он меня вовсе не слушал.

Валечка низко опустила голову, представив ему на обозрение макушку янтарного цвета – волосы у нее были такие. Он поначалу засомневался, подумал, что это мастерская работа дамского парикмахера. Но, вглядевшись, определил – нет, свои. От корней почти рыжие.

– Чего не слушал Иван Николаевич, гражданка Солнцева?

Надо же, и фамилия ей подходит.

– То, что вечеринка накануне нашей с Денисом свадьбы очень странно завершилась.

– Что же странного в том, если вы все напились? И отключились кто, где?

Женя прищурился, еще раз внимательно оглядев девушку.

Не выглядела она злостной отравительницей. Обычная девчонка, таких миллионы. Симпатичная, ладненькая, грязных ногтей своих очень стесняется.

– В том-то и дело, что отключились даже те, кто не любит алкоголь, кто просто пригубил вина. Я в их числе. А мы все в тот вечер пили только вино. И от глотка развезло? Так не бывает.

– Не бывает, – не мог не согласиться Женя.

– Вот! И мне тут пришла в голову одна мысль… Точнее, не мне, а Нико.

– Не такая, а такой. Это мой студенческий друг. Ловелас и балбес, но, в принципе, неплохой человечище. Так вот, когда Нико узнал, что Дениса кто-то отравил, он предположил: на той вечеринке нас всех тоже чем-то опоили.

– Нико предположил, что это Нинель всеми силами пыталась помешать нашей свадьбе. Вы ее отпустили из-под стражи и меня закрыли. А это может быть она!

– Теперь, когда она добилась своего, то решила избавиться от того, кого добивалась? Как-то не вяжется, Валентина. Нелогично.

– Я тоже Нико так сказала. И тогда он решил проверить всех гостей того вечера. Может, кто-то из них решил подшутить.

Женя нахмурился. Вот только не хватало ему доморощенных расследований. Наломают дров, а им потом разбираться.

– Я не знаю. Он сказал: разберусь…

– Погодите, Солнцева, – вспомнил Женя. – А Нико – это не Шаповалов Николай?

– Он самый. А что такое?

Она, честно, заволновалась за старого друга. Вдруг и его тоже отравили, пока он пытался восстановить справедливость и ездил по городу в поисках правды?

– Ничего особенного. Просто когда я шел на встречу с вами, мне доложили, что ко мне рвется какой-то Шаповалов Николай. У него ко мне срочное дело, очень важное.