В тот момент, когда он ее поцеловал, она готова была согласиться.

Глава 55

Шерри полностью поняла, что натворила ночью, задолго до того, как поднялась с постели и оделась. При ярком свете дня невозможно было отрицать ужасную истину: она пожертвовала своей девичьей честью и своими моральными принципами, и теперь до конца жизни ее будет мучить стыд.

Доведенная до отчаяния, она решилась на это, в надежде вернуть его любовь – если, конечно, он и в самом деле ее любил – и чего добилась? Стоило посмотреть в окно, на лужайку, где все завтракали, чтобы получить ответ на этот вопрос. Мужчина, обнимавший ее этой ночью, сидел за столом рядом с Моникой, которая буквально выворачивалась наизнанку, кокетничая с ним, и, судя по его виду, ему это нравилось.

Как раз в тот момент, когда Шеридан смотрела в окно, он откинулся на стуле, не сводя с Моники глаз, а потом, слушая ее, расхохотался.

Никогда еще Шеридан не видела его таким веселым и беспечным, и она почувствовала стыд и обиду. Ночью он взял все, что она могла ему дать, а потом оскорбил, предложив стать его любовницей, чтобы еще больше унизить. И вот рядом с ним женщина, которая никогда не пойдет на то, на что пошла Шеридан… «Эта женщина вполне достойна его, такая же высокомерная, – с горечью думала девушка. – Такой женщине он не задумываясь предложит руку и сердце, а не пошлую связь в обмен на целомудрие».

Все эти мысли вихрем проносились в мозгу Шеридан, пока она смотрела в окно, с трудом сдерживая слезы. Она стояла неподвижно, стараясь запомнить эту сцену, чтобы никогда больше не таять при воспоминании о нем, и радуясь тому, что нежность к нему и страдания постепенно уходят, уступая место холодности и равнодушию.

– Ублюдок, – прошептала она.

– Можно войти?

Шеридан вздрогнула и быстро обернулась. Это пришла Джулиана.

– Да, конечно. – Голос ее был таким же неестественным, как и широкая улыбка на губах.

– Я увидела вас у окна, когда завтракала. Принести вам что-нибудь поесть?

– Спасибо за заботу, но я не голодна.

Шеридан стала лихорадочно соображать, как объяснить Джулиане свой вчерашний поступок, когда она высказала Стивену свое особое расположение, но не смогла придумать сколько-нибудь вразумительной причины.

– Вы не хотели бы отсюда уехать?

– Уехать? – переспросила Шерри, с трудом скрывая отчаянное желание бежать из этого дома. – Но до завтрашнего дня мы не сможем уехать.

Джулиана подошла к Шерри, все еще стоявшей у окна, и стала спокойно смотреть на флиртующих Стивена и Монику.

– Джулиана, я должна объяснить, почему сказала вчера графу Лэнгфорду о своем особом к нему расположении.

– Вы ничего не должны объяснять, – заявила Джулиана, и Шерри почувствовала себя семнадцатилетней простушкой, а не гувернанткой.

– Нет, должна, – упрямо проговорила она.