– У нас во всех легендах эльфы живут в вековых лесах, великолепные лучники и воины. Бережно относятся к природе. Не любят посторонних на своих землях, внешне невозмутимые, и ужасно высокомерные, – перечислила я. – Что из этого правда?

Настоящий эльф усмехнулся и лукаво посмотрел на меня.

– В общих чертах всё верно. Наши исконные земли покрыты лесами, богатыми дичью. С природой у нас особая связь и мы почтительно относимся к её дарам. Хорошо владеем не только луками, но и разнообразным холодным оружием. Посторонних не любим по большей части из-за того, что не умеют себя вести в лесу. Подобны невоспитанным гостям, которые топчут грязными сапогами дорогие ковры. Но мы поддерживаем торговые отношения, через наши земли идёт торговый путь. Присоединились к империи Асдор, но сохранили независимость, у нас свой Повелитель. И мы не высокомерны, просто знаем, что превосходим другие расы во всём.

На миг я закатила глаза от такой самоуверенности, но потом рассмеялась. Что-то в этом есть. Хорошо, признаю, он и на самом деле лучший!

Затаив дыхание, я слушала про империю Асдор, горную страну Игенборг, чей правитель влюбился в высокородную эльфийку, и распустил весь гарем, объявив её единственной женой. Про их леса с вековыми деревьями, про цветущие абелии, растущие вдоль дорог, и наполняющие воздух упоительным ароматом. Изумительной красоты храмы Девы Лесной, первозданные уголки природы, водопады. Про расы демонов и орков, гномов и людей, которые спокойно уживаются между собой в империи.

Тихий голос Альриена рисовал передо мной яркие картины волшебного мира, где действует магия, заклинания, амулеты, где можно путешествовать между городами через портальные станции, в городах ездят безлошадные экипажи, работающие на магических кристаллах. Каждое слово впитывала как губка, в будущем собираясь это описать. Но я так и не решилась задать тревожащий меня вопрос: «Сколько тебе лет?», подозревая, что и в этом легенды не врут и их срок намного дольше человеческого века.

Во время рассказа Альриен рассеянно поглаживал моё колено, рука поднималась всё выше, пока не добралась до кружева чулок. Кажется, это единственная деталь одежды, что на мне осталась. Пальцами очертил кромку между чулком и голой кожей и на этом запнулся.

– Можно посмотреть? – сменил тему. – У нас таких нет.

Я встала, немного распахивая плед. Но он смотрел на меня таким жадным, восхищённым взглядом, что наплевав на всё, я позволила пледу медленно соскользнуть с моих плеч. И предстала перед ним обнажённой, подсвеченная огнём из печки.

– Подбрось дров и приходи ко мне. Я позволю тебе их даже снять, – проворковала я и походкой от бедра продефилировала в комнату.