Это сон, наверное...

Когда Римма выходит, я достаю из сумки фото дочки в рамке и ставлю на стол. Поймав собственный взгляд в отражении в зеркале, невольно одергиваю строгую голубую блузку и юбку-карандаш. Игорь выбирал, разумеется. Мешковато, неудобно, ещё и волосы заставил в хвост собрать. Но это мелочи, ведь что угодно можно потерпеть ради работы.

Достаю из сумки вторую рамку и ставлю на верхнюю полку. А рядом будут цветы и аромат свечи. Нужно будет обязательно узнать у коллег, нравятся ли им запах. Господи, коллеги! У меня будут коллеги. И друзья, возможно!

— Это ваша дочка? — за спиной раздаётся знакомый мужской голос.

От неожиданности я дёргаюсь в сторону и ударяюсь бедром о боковую часть стола.

— Чёрт! Ай! Простите... Максим Константинович, — поднимаю глаза на мужчину в дверях.

Сегодня он одет строже, чем на вечере. Белая рубашка, галстук и пиджак. Безукоризнеено, можно сказать. Но серёжка с молотом в ухе невольно придаёт ему какой-то мальчишеский вид. И запах духов всё тот же. Он медленно заполняет пространство кабинета и щекочет мне ноздри.

— С первым рабочим днём. Не ушиблись?

— Немного. Но нестрашно.

— Так вы не ответили. Это ваша дочка? — сунув руки в карманы брюк, Торецкий кивает на фото в рамке.

— Да... Это моя дочь. Вы не ошиблись.

— Спасибо. Все так говорят.

— Вы и у меня на работе решили в обмороки падать?

Недоумённо хлопаю глазами, глядя на нового босса.

— Ворот до горла застегнут, — пальцами стучит по шее, и я тут же машинально тянусь рукой к горлу.

Да уж. Игорь настоял. Он ещё хотел, чтобы я галстук напялила.

Стоит о нём подумать, как мобильник в сумке оживает мелодией, которая стоит у меня на мужа. Вспомнишь, называется...

Девочки, кто не видел график, с пн по пт, выходные - сб и вск.

Скидки сегодня на все книги в цикле ТРЕПЕТ!

— Простите... Мне нужно ответить, — со страхом смотрю на Торецкого, периодически стреляя взглядом на разрывающийся телефон, и мысленно представляя, что будет, если я не возьму трубку с первого раза.

В таком случае я, скорее всего, уже завтра на работу не выйду. И в дальнейшем этого шанса мне больше никогда не представится.

Мужчина соущирвает глаза и через мгновение кивает.

— Обосновывайтесь. Неделя выйдет тяжёлая, мы анонсируем новый проект, — сказав это, Торецкий выходит из кабинета, а я спешно снимаю вызов дрожащими пальцами.

— Прости... я обосновывалась в новом кабинете. Теперь у меня работа, и я не всегда смогу отвечать сразу.

— Это меня больше всего напрягает.

Я прикрываю глаза и делаю глубокий вдох. Так, Аня, успокойся. Дыши и разговаривай ровно. Злость всё равно ничего не даст, так что лучше промолчать.

— Ты не привык, вот и всё. Думаю, не так уж часто я буду сильно занята.

— Как Ксюша пошла в садик? Не было капризов?

— Нет. Она сегодня была умничка.