- Ответь, зачем тебе линзы с другим цветом? – Полонский произносит слова чуть ли не по слогам, отделяя каждое друг от друга.

- Блин, да что случилось? – я вроде как вспыхиваю, пытаюсь возмутиться, только стальные мышцы еще сильнее вдавливаются в мою спину.

- Я, конечно, не пойму столь странного напора с твоей стороны, но не вижу в этом страшной тайны, - медленно поворачиваюсь к Герману лицом и поднимаю на него взгляд, все так же прижатая стальным торсом к раковине. Правда, теперь уже спиной.

- Ну? – рычит Герман, подгоняя мой мыслительный процесс.

  Какой же этот Полонский все-таки нетерпеливый! Хотя к его рыку можно привыкнуть, если сильно не пугаться от каждого всплеска агрессии со стороны мужчины, а также игнорировать его порой плохое настроение.

- Мне не нравятся голубые глаза, - ухмыляюсь, но мужской взгляд все такой же холодный и горящий ненавистью. - И они не подходят к моим каштановым волосам, - добавляю, чтобы уж наверняка впечатлился.

  И он впечатляется. Правда, немного не так, как я того ожидала.

- Не верю! – рычит мне в лицо, а я даже на время теряюсь с ответом.

  Какого хрена, спрашивается, он снова меня пугает своим напором? В чем я опять провинилась?

- В смысле? – мои глаза округляются, только в Германа вселяется какой-то очередной монстр.

- Кто тебе приказал цвет глаз поменять? – орет, тряся меня за плечи, как тряпичную куклу. – Отвечай!

  Я и в шоке, и в панике, и в ступоре одновременно. Слова застряли в горле, с головой еще большие проблемы, чем были до этого, а сердце вот-вот выскочит из груди. От страха.

- Какого хрена?! – продолжает орать этот безумец, все так же тряся меня.

  Я пытаюсь вырваться, но Полонский не отпускает – он сейчас меня точно разорвет на части, если кто-то не вмешается.

“Надо было сваливать раньше!” - последняя здравая мысль в моей голове, и я уже готовлюсь к самому худшему.

  Вырываюсь из рук Германа, даже пару раз царапаю ему лицо, кручусь, как уж, но очередной рывок… Тряхнул, когда я уже почти выкрутилась…

  И моя голова соприкоснулась с раковиной…

  Последнее, что помню, это звон колоколов. Набатом. Сильно. Громко.

  Кто-нибудь заставьте эти колокола замолчать!

  А после темнота перед глазами – я уплываю в какое-то параллельное пространство…

- Доктор, с ней все в порядке? – Макс с Германом окружили эскулапа возле двери, когда тот вышел из спальни.

- Потише, молодые люди, - пожилой мужчина скривился, так как напор парней, а для него они слишком молодые, слегка пугал.

  Точнее, напрягал, так как врач не любил, когда шумят вокруг. Слишком громко. Даже слишком агрессивно, но и парней можно понять. Переживают за самочувствие девушки, хотя вся эта ситуация довольно странная. В больницу везти не хотят, а ведь малышке требуется обследование.