– Мы хотели ехать, – промямлила я, истово мечтая, чтобы этот тип сейчас провалился сквозь землю и оставил меня, наконец, в покое! Провалился, оставив деньги, в идеале…

Но жизнь никогда не была совершенством, а потому негодяй, который не так давно по-хозяйски пользовался моим телом прямо на столе в своем кабинете, по-прежнему требовал подчиниться и посмотреть на него.

– Алисия, – в обманчиво мягком голосе слышалась пока еще легкая угроза. – Во мне появляется желание развернуть вас сейчас, поставить в уже привычную позу, разложив животом на капоте, и как следует отшлепать за непослушание.

Как думаете, охрана будет в восторге от записи этого представления?

Я вздрогнула и испуганно взглянула в холодные, серо-голубые глаза мужчины. Он довольно прищурился и, склонившись ко мне, почти промурлыкал:

– Так вот, моя любознательная крошка, это – Cadillac Elmiraj. Под капотом этого красавца пятьсот лошадиных сил, он развивает скорость до трехсот километров и разгоняется до сотни меньше, чем за четыре секунды. Тебе хватит информации, или мне добавить еще про объем двигателя?

– Х-х-хватит, – заикаясь, выдавила я и, не выдержав, трусливо зажмурилась.

Он только тихо, бархатно рассмеялся и проговорил:

– Ты прелесть, Алисия.

А потом как ни в чем не бывало отстранился и галантно распахнул передо мной дверь.

– Прошу вас, дорогая!

Я села и, переведя дыхание, посмотрела на босса, чья обходительность казалась издевательством. Он устроился на водительском сидении и не глядя на меня выруливал с парковки.

– Расслабься, – бросил шеф спустя пару минут. – Меня раздражает, когда ты трясешься.

Его бы пообещали изнасиловать на капоте машины!

Он включил музыку, и салон заполнили звуки фортепьяно.

Спустя десяток секунд я поняла, что это Кельнский концерт Кита Джаррета. Какая ирония… у нас с начальственным монстром схожие музыкальные вкусы?

Знакомая музыка и приятные ассоциации сделали свое дело, и я постепенно перестала дрожать и даже начала с любопытством стрелять глазами по сторонам.

В бежевом салоне пахло кожей, свежим запахом автомобильного ароматизатора и, едва уловимо, мускатным орехом. Последний запах, без сомнения, принадлежал Томасу Матисону.

Я осторожно посмотрела на него.

Красив, как дьявол. Зачем ему я?!

Смуглая кожа, светлые глаза с такими длинными черными ресницами, что впору завидовать, фигура олимпийского бога… Нравственность, кстати, такая же!

С лица мой взгляд скользнул на широкую грудь, спустился к плоскому животу и достиг… ох…

Я круглыми глазами уставилась на бедра босса.

Под брюками явственно что-то топорщилось. Хотя, почему что-то? Его главное оружие против меня!

– Да, ты нам нравишься.

– В-в-вам? – переспросила я, отрывая взгляд от чресел Томаса и отчаянно покраснев.

– Мне и ему. Потрогай.