- Ладно, спят. Не все, и не со всеми. Но лично у меня с Некрасовым было.

Ну вот, сейчас подробности пойдут, да? И зачем сорвалась? Она его восхвалять начнёт, а я эту ложку ей в глаз воткну...

-Ну, как было, - или нет? Забываю как надо дышать и больше ни одного постороннего шума не слышу. Только её противный тоненький голосок:

- Не для печати, договорились? - она на шёпот переходит, а я киваю как болванчик, обещая её секрет с собой в могилу унести. - Чаще так с Никитиным вопросы решают. Он тоже давно в этом деле, год в Москве отработал в каком-то таблоиде. И от внимания девчонок не отказывается... А Некрасов этот, женатик.

Был. Хочу вцепиться ей в патлы, ведь по её вине наш брак развалился, да только язык словно к нёбу прилип.

-Нас пятеро было. Мы раз в пару месяцев у него для каталога снимались. И я даже подвлюбилась, честно. Он же красавчик, хоть самого на обложку. Только как мы с девчонками не старались, он ноль внимания. Светка Смирнова пару раз прям при нём переодевалась, а он глаза в пол.

-Страшненькая? - интересуюсь на автомате и жадно горячий отпиваю чай - не чувствую больше вкуса.

- Светка? Да бросьте! Она сейчас с местным бизнесменом шуры-муры крутит. Разве может быть страшненькой?

- А кто его знает? Жена, наверное, мегера. Шаг влево, шаг вправо - расстрел...

Или любил её... Жену, чьи фотографии до сих пор в квартире хранит? Поднимаю голову, теперь внимательно изучая собеседницу, и, поборов страх, о главном спрашиваю:

- А с тобой тогда как?

С такой вот красивой, оттюнингованной, и на три километра разящей сладкими духами?

- Случайно. Сама не знаю, как вышло... И если честно, жалею, что, вообще, полезла. Теперь хрен на съёмку к нему попадёшь. Как не позвоню мест нет.

Вот вам и погорячее. На автопилоте складываю в сумку диктофон, блокнот, ручку свою в металлическом корпусе, кошелёк, из которого забыла деньги достать и за чай заплатить, а Вишенка удивлённо за моими действиями следит.

-Вы куда? А интервью как же?

- Подредактирую, всё равно ничего умного не скажешь. Напишу, что ты юридический вуз окончила, - это же вроде престижно, - на трёх языках говоришь, а на съёмки в мужском журнале согласилась, чтобы гонорар на благотворительность пустить. Люди такие истории любят.

Всяко интересней будет, чем рассказ про её пьяный секс с местным папарацци, которым она перед незнакомцами кичится. С шумом отодвигаю стул, не имея представления, как на ватных ногах до выхода доберусь, а она будто обухом по голове бьёт:

-Вы? - узнала. Я её по фотографиям задницы, а она меня по странному блеску в глазах. Как и тогда, испуганно вскрикивает, машинально хватаясь за силиконовую грудь, и стоит мне улыбнуться, знакомую песню заводит:

Бог простит.