‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Срывать голос, умоляя Соню поскорее усесться за стол, Вере не приходится. Достаточно хлопнуть дверкой холодильника, чтобы она тут же материализовалась в проходе и, облизнувшись, плюхнулась на полюбившееся ей место - у окна. До своего отъезда на нём постоянно Некрасов сидел. Может, поэтому она его и облюбовала, ведь ни за что не согласится пересесть? Занавеска колышется от тёплого ветра, норовя укрыть девчонку с головой, а ей хоть бы что.

Только и знает, что ковырять ложкой огромный кусок бисквита.

- Ммм, он даже вкуснее, чем я думала. Мам, - подхватив пальцем кремовую розочку, Соня тут же отправляет её в рот, без всяких стеснений облизывая перемазанную десертом ладошку, - а я тебе говорила, что мы с папой и тётей Васей в деревне отдыхали?

- Где? - а заботливая мама уже протягивает дитю салфетку. Вот это реакция, надо сказать! Я даже моргнуть не успела, как Веркина рука уже обхватила тоненькое запястье и принялась обтирать детские пальчики.

А теперь и подавно предпочитаю уткнуться взглядом в столешницу, ведь мои щёки горят от пытливого взора недовольной матери. Похоже, это я так испортила её единственное чадо, другого объяснения для ахов и вздохов я просто не нахожу. Чёрт, ведь и пяти минут собой погордиться не дала!

- В деревне! Там был вот такой козёл! Его Борька зовут. Он постоянно убегает, а дед Антип за ним по полю бегает, - малышка жадно отпивает из кружки, а Вера теперь таращится на меня с удивлением.

Мол, что это ещё за новости?

А что сказать? Не только у неё секреты имеются! Наша тайна, конечно, не такая страшная, как её болячка, а нервы пощекотать этой наседке я всё-таки случая не упускаю. Медленно отодвигаю свою тарелку, долго пытаюсь устроить локти на столе, потом зачем-то чашку в руках верчу, пока сестру снедает любопытство, и только через полминуты слабо улыбнувшись, киваю:

Вроде недавно, а ощущение такое, что я успела ещё одну жизнь прожить.

Со своими взлётами, вроде уцелевшей после моих харчей племянницы, и с неминуемыми падениями, которых всё-таки было больше. До сих пор нет-нет, а хочется руки опустить. Да и как иначе, когда сестра больна, бывший муж успел отметиться в её бурной молодости, а отпуск на днях подойдёт к концу, и плакало тогда моё место в загибающейся газетёнке? Позитивом и не пахнет, верно?

- И козёл был, и деревня, и даже дед Антип.