И как только мебель ещё не взлетела к потолку, с таким-то количеством цветастых "парашютов"?

- Ну вы, девоньки, даёте, - Вера ошалелым взором инспектирует наше временное пристанище, и всё поглаживает прилипшую к ней Соньку по спине. Нежно так, по-матерински, что мне и самой внезапно хочется стать маленькой и вернуться в далёкое детство, где из забот только наша с Верой борьба за любимую куклу. Вот так же забраться к маме на колени, обнять её крепко-крепко за шею, и наслаждаться теплом родных ладоней, от прикосновений которых улыбка сама собой расцветает на лице. Наверное, Соню теперь и не оторвёшь.

Только и остаётся, что с завистью любоваться этой парочкой, ведь мне ничего подобного уже никогда не испытать.

Опускаюсь на диван, кивая на виновницу такого масштабного празднества, и не сдержавшись, нервно хихикаю:

- Штук двадцать я ещё лопнула. Ну, как? Сумели мы тебя удивить?

- Не то слово! Ты даже с роддома меня так не встречала!

Ещё бы. Ведь прирождённая оформительница залов в то время ещё не умела говорить. Покрякивала, туго обмотанная фланелевой пелёнкой, и явно не понимала, какого чёрта люди заглядывают в одеяльце, при этом сияя как начищенные медные пятаки.

- Вась, поезд завтра, и куда мы это богатство денем?

- С собой заберём, - вот и к Соньке дар речи вернулся. Наконец, перестаёт душить мать в объятиях, и, спрыгнув на пол, принимается кружиться, то и дело подбрасывая в воздух усеявшие пол шары.

- Нас в вагон не пустят...

- Пустят! Ну, тёть Вась, вы даёте, мы же их сдуем! Я их в свой рюкзак положу, а мама мои игрушки понесёт!

Вон оно как. Ничего-то я, оказывается, не понимаю. Смеюсь, когда мне в лоб прилетает зелёный невесомый снаряд, и, завалившись на постель, с облегчением выдыхаю.

Я спасена! Даже отчёт о проделанной работе сдавать не нужно. Результат же налицо: ребёнок счастлив (хотя тут в Верке дело, Соня её с самого утра в окно выглядывала), чист, опрятно одет, и даже какой-никакой, а бантик красуется на голове. Он, конечно, съехал с макушки, ведь заставить племянницу постоять на месте хотя бы минуту не так-то просто, но получается у меня уже лучше. С теми, что я соорудила на её голове перед встречей с тогда ещё не подозревающим о её существовании папашей, уж точно не сравнится. Может, теперь к косам переходить? Хотя, чего это я? Пусть Вера пытается обуздать эту копну, у неё опыта больше.

- И мы же ещё торт купили! Сначала хотели пирожные, я даже целую кучу перепробовала, чтобы лучшие выбрать, - племянница улыбается, а сестра недобро хмурит брови, демонстрируя мне кулак, - но тут в магазине такой торт красивый был! В общем, будем с ним чай пить! Мам, я у тебя даже цветочки из крема забирать не буду. Ты же, наверное, голодная, в больнице ведь не вкусно кормят.