Теперь моя очередь задавать вопросы, согласен?

От робота шло тепло – мягкое, почти живое. И туман будто расступался вокруг, я почувствовал, что одежда начинает подсыхать.

– Кирилл. Я не спросил твое, извини…

– Не важно. Зови меня «робот». Из какого ты мира?

– Земля. У функционалов ее зовут Демосом.

– Я так и предполагал, – удовлетворенно сказал робот. – Ты почти не шокирован и знаешь слово «робот». Ты мог прийти только из технически развитого мира. Как ты оказался здесь?

– Я бывший функционал. Таможенник.

– Бывших не бывает. Даже если ты прервал связь с функцией, измененная вероятность в тебе осталась.

– Измененная вероятность?

– Моя очередь задавать вопросы, – напомнил робот. – Да, измененная вероятность. Вывернутое время. Локальный хроноклазм. Неосуществленная реальность. Межвременная флюктуация. Это из области квантовой физики.

– Никогда такого не слыхал, – буркнул я тоном специалиста по квантовой физике.

– Из нашей квантовой физики. Это то, что функционалы делают с людьми, превращая их в себе подобных. Прерывают их связь с реальностью и придают их существованию вероятностный оттенок… Не важно.

У тебя нет достаточных знаний для восприятия теории, к тому же я и не знаю ее достаточно глубоко. Итак, ты бывший функционал. Почему ты прервал свою функцию? Как правило, существование функционала достаточно приятно. Любовь?

Я посмотрел в мягко светящиеся фасеточные глаза и напомнил себе, что это чудище в какой-то мере было человеком.

– Обычная история, насколько мне известно. – Робот мягко коснулся моего плеча. – Функционалы с течением времени утрачивают умение любить… и всегда недооценивают силу этого чувства. Ты полностью лишился своих способностей?

– Нет.

Они проявляются иногда. Мне кажется, что в тех случаях, когда я стою перед серьезным выбором.

– Правильно. Ты не вернулся в полной мере в свою реальность, Кирилл. Ты продолжаешь оставаться помехой в ходе времен. Песчинкой в океане, которую носят волны.

– Был. Не важно. Ты хочешь отомстить?

– Хочу закрыть для функционалов Землю. Так же, как закрылся ваш мир или Твердь.

– Мы закрылись по-разному. Твердь ведет войну. Мы изолировали себя на уровне тонких структур пространства. Никто и никогда больше не проникнет в наш мир, и мы никогда не сумеем выйти вовне.

В голосе робота была печаль.

– Спасибо. Не важно. Я не совсем человек и не испытываю подлинной тоски по родине. Но мне неприятно то, что происходило во время вторжения. Человек, чье сознание лежит в основе моего, погиб от рук функционалов. Я хотел бы нанести функционалам урон, который помешает повторению подобного.

– Наши желания совпадают, – пробормотал я. – Вот только я бы еще хотел вернуться домой…

– Я должен тебя предупредить, что шансы на это исчезающе малы.