— Что ты делаешь, — прошептала я, пока он двигал вешалки на перекладине так, чтобы висящая на них одежда не сильно нам мешала. — Надо было сказать, что мы здесь!

— Прервать хороших людей в такой момент? Я же не изверг.

— Предпочитаешь вместо этого слушать, как…

Я замолчала, потому что в кухне раздался протяжный женский стон.

— В любом случае, теперь уже поздно выходить, придётся подождать, когда они закончат.

— А если ждать придётся всю ночь?!

— Придумаем, как скоротать время. В крайнем случае могу их вырубить ненадолго парочкой заклинаний. Ты ведь поделишься со мной силой?

— Ещё чего, — шикнула я и невольно прислушалась к тем звукам, которые доносились до моих ушей.

И без того на взводе, я почувствовала, как краснею, а тело начинает звенеть от накатывающего вожделения, и столь тесная близость к Эйлару совершенно не помогала с ним справиться. Дракон, видимо, это почувствовал, потому что неторопливо, нежно провёл пальцами по талии, вызывая волну мурашек. Снова шикнув, я хлопнула его по ладони, и он прошептал мне на ухо:

— Тише, а то услышат. И им обидно будет, и нам.

— Она так стонет, что вряд ли услышат, даже если мы тут шкаф уроним.

— Зато если мы уроним шкаф, будет удобнее здесь заночевать. Места на двоих хватит, и постель есть из чего соорудить.

— Если придётся провести здесь всю ночь, обязательно так и сделаем, — фыркнула я и поймала себя на том, что жду, когда он снова коснётся моей талии, как прижмёт меня к себе спиной, как будет дышать в шею…

— Значит, ты согласна провести со мной ночь? — лукаво прошептал он над моим ухом.

— Ш-ш-ш, — он приложил ладонь к моим губам и прижал к себе в тот самый момент, когда парочка вошла в подсобку.

— Смотри, какой тут стол удобный, — произнёс мужчина совсем близко, и у меня взволнованно забилось сердце.

— И даже есть что подстелить, — добавила девушка.

Сквозь узкую щель между дверей шкафа я видела движение в полумраке подсобки. Девушка взвигнула и засмеялась, когда мужчина уложил её на стол с полотенцами. Мне была видна оголённая нога в тонком ажурном чулке, сквозь который проглядывала татуировка в виде всполохов огня.

— Великая Праматерь, — едва слышно выдохнул Эл, когда девушка вновь протяжно застонала. — Это же Эбигейл!

Я хотела было спросить, кто такая Эбигейл, но дракон всё ещё закрывал мне рот ладонью, а парочка была настолько занята своим делом, что мне трудно было вообще о чём-либо думать.

Ладонь Эйлара опустилась, наконец, с моих губ и неторопливо спустилась по плечу к талии. Непостижимым образом ужасная ситуация, в которую он меня втянул не столько смущала или возмущала, сколько возбуждала, и я послушно подалась ягодицами к нему, крепче прижимаясь к бёдрам дракона.